Книга Паладин развивает территорию. Том IV, страница 158 – Greever

Носорог, который отбросил её, также находился там и пытался своим длинным рогом пронзить ребёнка, отчего у Фрейи глаза налились кровью и шерсть на хвосте стала дыбом.

Её броня исчезла сама собой, а следом начало происходить поистине немыслимое. Лицо девушки стало деформироваться, вытягиваясь, как лисья морда.

Сама она упала на четвереньки и начала быстро набирать в размерах. На всём теле девушки стала появляться серебристая шерсть, и вскоре перед всеми предстала озлобленная, рычащая и скалящаяся гигантская серебряная лиса с девятью хвостами, по размерам не уступавшая льву.

Ещё мгновение назад безумные животные стали пятиться от девушки, чувствуя угрозу от неё, а Рагнар вместе с питомцем, наоборот, рванул к матери и, спрятавшись за её передней лапой, стал рычать на этих трусливых ничтожеств.

Фрейя не понимала, что происходит, но чувствовала невероятную мощь в своём теле и даже не ощущала давления Галатеи, словно его никогда и не было.

Однако оно явно присутствовало, потому что Баллион смотрел на неё со страхом, а он был на уровне легендарного рыцаря.

Скалясь своей гигантской пастью, девушка не знала, что делать дальше, потому что эта форма появилась впервые, и она даже не слышала ни о ком среди зверолюдей, кто сталкивался с чем-то подобным.

Пока она в смятении старалась дать понять окружающим, чтобы они не приближались, в её голове прозвучал голос Виктора.

— Не пугайся. Просто прими как данность и посмотри на восток, — произнёс он.

Девушка, продолжая скалиться, медленно повернула голову в указанную сторону, где обнаружила мужа и двух монархов, стоящих на кроне дерева, на границе логова Баллиона.

— Что со мной? — спросила она, глядя на супруга, уже догадываясь, что к этому как-то причастен он.

Однако вместо ответа тот, перепрыгнув оторопевших зверей, открыл портал перед Баллионом, после чего обратился к Фреей.

— Дай им понять, чтобы они вышли в портал.

Девушка, как заколдованная, не задавая больше вопросов, прорычала на окружающих её тварей, которые мгновенно рванули в сторону портала, желая покинуть это пространство.

Виктор подошёл к своей очередной странной жене, которая превратилась в гигантскую лису, и, погладив её пушистый мех на передней лапе, подумал о нечто странном.

«Может, я болен? Почему мои женщины начали превращаться в животных? Это какой-то мой скрытый фетиш?»

Он боялся оказаться правым, потому что ему и в голову не приходило спать с животными, но уже две его женщины преобразились довольно странным образом.

Прохаживаясь между лап Фрейи, Виктор нашёл прячущегося сына и, подняв его на руки, обратился к жене.

— Зря ты думаешь, что я люблю только Линею. Если бы я к вам ничего не чувствовал, то никогда не подпустил к себе, какими бы красавицами вы ни были. То, что я не хвалю вас за ваши действия, не значит, что я не замечаю этого. Просто вы обязаны удовлетворять меня, точно так же, как я обязан удовлетворять вас и все ваши потребности, — после этих слов он подошёл к ней со стороны лица и протянул руку.

Фрейя, склонив голову, дала себя погладить по гигантской пушистой морде, слегка прищурив красивые золотые глаза.

Хотя она даже не чувствовала его прикосновений из-за слишком густого меха, но ей нравилось само проявление таких чувств супруга.