Книга Паладин развивает территорию. Том IV, страница 115 – Greever

Пока король со скучающим лицом слушал отчёты шпионов, двустворчатые чёрные двери зала с грохотом распахнулись, и, стуча каблуками по мраморному полу, в его сторону направилась Лорелея в своём вечернем платье, которое так и не успела сменить.

Судя по её улыбке и немного шатающейся походке, королева явно была навеселе, однако никто из присутствующих не посмел бы сделать ей замечание за это.

Склонив голову, вассалы короля расступались перед ней, а радостный Клойд, который безумно любил свою жену, поднявшись с трона, направился ей навстречу.

Двое встретились в центре зала, и пока остальные стояли, склонив головы, женщина начала кружиться в объятиях мужа, судя по всему, в очень хорошем настроении.

Прежде чем Клойд успел узнать, чему так радуется его жена, в помещение начали входить рыцари львиной гвардии с сундуками в руках и ставить их рядом с королём один на другой.

Под недоумённым взглядом супруга, Лорелея вырвалась из его объятий и, подбежав к ближайшему сундуку, сама открыла крышку, представляя на всеобщее обозрение гору золотых монет.

Клойд также подошёл к сундуку и, взяв горсть монет, с немым вопросом посмотрел на Лорелею.

Все расходы королевы оплачивались из казны, а также она получала доход от собственной вотчины, но та явно не приносила таких прибылей, какие были прямо сейчас в этих сундуках.

Рыцари без конца заносили сундуки, и это также было маленькой хитростью Луны, распорядившейся выплатить весь выигрыш в монетах номиналом одной золотой, чтобы все могли видеть, как королева уносит золото.

Король ещё не был в курсе того, как провела свой вечер его супруга, и теперь беспокоился, не приняла ли она от кого-то такой дорогой подарок, так как это означало бы, что это плата за услугу, причём очень серьёзную.

Не посоветовавшись со своими вассалами и советниками, монарх никогда не взял бы ни одной монеты от аристократов, чтобы не спровоцировать кривотолки о нём, ведь ему приходилось быть очень осторожным и не испортить отношения с разными аристократами.

Лорелея, дождавшись, когда внесут хотя бы половину сундуков, наконец громко сообщила всем присутствующим.

— Я выиграла!

Клойд не мог понять, что имеется в виду и кого его жена победила.

На лимейском языке слово «выиграть» и «победить» звучало одинаково, и лишь в зависимости от контекста можно было понять, о чём речь.

В данном случае это звучало так, словно она разгромила чьё-то войско, а эти деньги — её награда.

Клойд, оглядевшись на удивлённые лица вассалов, которые уже начали шептаться между собой, обратился к жене.

— Кого ты победила?

Женщина подбежала к мужу и на глазах у всех, обняв, впилась в его губы, после чего, заливаясь смехом, прокричала во всеуслышание.

— Я всё это выиграла в казино! — сразу после этих слов она рухнула на грудь мужа и отключилась.

Король, подхватив свою супругу, обернулся к вассалам с ней на руках и сурово посмотрел в лица присутствующих, давая понять, что никто не должен знать, что Лорелея была настолько пьяна, что потеряла сознание.

Вассалы лишь поклонились, подчиняясь своему монарху, и отступили на шаг назад, как от льва, готового съесть их.

Они молча ждали в поклоне, пока Клойд вместе с фрейлинами и горничными королевы не покинул тронный зал, и только после того, как двери за ним закрылись, ринулись к сундукам, чтобы увидеть эту астрономическую сумму, которую из присутствующих за всю свою жизнь видели единицы.