Книга Паладин развивает территорию. Том V, страница 216 – Greever

Гнев так и пылал внутри женщины, и едва сдерживаемая аура грозилась прикончить всех, кто только попадётся ей на глаза. А потому она держалась из последних сил, чтобы не сорваться и не разнести тут всё к Аккристовой матери.

Гил Зин же, в свою очередь, поправил свой фрак и, слегка покачивая кошачьим хвостом, единственной деталью на его теле, помимо зрачков и ушей, что отличала его от обычного человека, ответил госпоже с поклоном:

— Он отправится на «склад» сию же минуту, моя госпожа. Будут ли особые указания?

— Пока нет, ступай. — Махнув рукой, она направилась к части ниши, что никак не отличалась от остальных, и, надавив на одну из пуговиц на стене, вошла в открывшийся потайной проход.

* * *

— А я ему и говорю: «Лапидус, если ты будешь так напиваться, то тебя уже ничего не спасёт». — девушка-барменша, что обслуживала детектива, весело залилась своим заразительным, но неискренним смехом.

Её задачей было подливать клиенту, лишь бы тот оставил в этом месте побольше чаевых и платы за продукт, а так как детективу было некуда торопиться и он просто ждал… Это был замкнутый круг.

— Какая весёлая у вас работа, а чем вы занимаетесь помимо неё? — спросила она своим низким, томным голосом, со слегка слышимой хрипотцой (Анна Асти).

— У меня есть… — он сделал глоток — сожительница, и мы… — не успел он договорить, как кто-то окрикнул его из-за спины, и следующее, что он увидел, это пятка, что летела ему прямо в глаз.

* * *

— Барнэлл! Барнэлл! Да, мать твою, Барнэлл, очнись! Очнись, я тебе говорю!

Детектив чувствовал, как его голова разрывается на части. Под предлогом медленного пробуждения он потратил немного времени, чтобы вспомнить, что последнее он помнит, но всё, что приходило ему в голову, это то, как он выпивает в баре с прекрасным кроликом, а в следующую секунду его вырубает от выпитого содержимого.

Раскрыв глаза, он посмотрел по сторонам и хотел было протереть место, куда не так давно прилетела пятка, но не смог этого сделать. Руки не двигались и явно были чем-то скованны.

В следующую секунду он сообразил, что мир выглядит как-то незнакомо, а именно красноватый оттенок всего, что он только знал, должно быть белым или серым, но по краям зрения явно проступала красная, непонятная пелена.

— Очнулся наконец! Хвала Балтесу, ты очнулся! — не унимался его напарник и продолжал горланить что есть мочи.

Повернув шею в сторону голоса, он заметил, что его друг висит вниз головой среди туш каких-то животных. Связанный по рукам и ногам, с заведёнными за спину руками, которые были привязаны верёвкой к ногам так, что спину приходилось держать идеально ровно и даже немного выгнувшись назад, чтобы не вывихнуть руки.

По ощущениям, сам он был привязан к крюку на ленте с тушами точно так же.

— Что произошло? — едва смог процедить Барнэлл сквозь неизмеримо сильно саднящее горло, отчего закашлялся на некоторое время.

— Это ты мне лучше расскажи. Я, значит, никого не трогаю, развлекаюсь с барменшей, и уж поверь мне, там есть с чем поиграть. Как вдруг ко мне в кабинку залетает несколько громил, хватают меня под белы рученьки и, в чем мать родила, запихивают в мешок, я, конечно, пытался сопротивляться, но куда уж мне!

— Ха-ха. Это похоже на тебя. Если ты говоришь: «в чем мать родила», откуда на тебе тогда сейчас штаны и пиджак? — шутить в стрессовой ситуации было коронным приёмом детектива. «В любой момент оставайся на позитиве.» Говорил он себе.