Книга Паладин развивает территорию. Том V, страница 116 – Greever

— Убей всех.

Убрав флягу в сумку, лорд похлопал фыркающего коня, а затем обратился к Буцефалу.

— Помоги ей.

Варвары были всё ближе, и, судя по их полуголым телам, они были в отличной физической форме, а их габариты, больше напоминавшие орочьи, могли лишь одним видом напугать человеческую армию.

Когда они были на расстоянии около ста шагов, Буцефал распространил ауру страха, в мгновение остановившую лошадей противника.

Они стали брыкаться и ржать в ужасе, сбрасывая наездников и топча их копытами, а следом между варварами начала мелькать тень, и каждое её приближение к любому варвару заканчивалось отрубленной головой и фонтаном крови.

Стремительно начавшийся бой закончился в одно мгновение, и это можно было назвать долгим, так как Хильда могла убить всех здесь одной лишь аурой.

Такие наездники являлись разведчиками, и среди них не было никого, способного оказать хоть какое-то сопротивление.

В то же время в самом лагере кочевников, в центральном шатре, вокруг которого располагались сотни юрт, как всегда шла шумная пьянка, длившаяся со вчерашнего вечера.

Сотни пьяных варваров вокруг открытого очага устраивали здесь настоящие оргии с рабынями, и время от времени из помещения выносили тело очередной несчастной, которую кто-то убил по случайности или прихоти.

Вождь племени по имени Барок, ростом под два с половиной метра, сидя на небольшом подиуме, тискал за грудь двух голых девочек лет двенадцати, пока они с обречёнными лицами поили его вином из золотого кубка.

Мужчина наслаждался своей силой и за эту ночь убил двух соплеменников, бросивших ему вызов, а также десятки рабынь, чтобы отправить их души к предкам в сопровождении.

В шумном помещении были ещё сотни людей, желавших бросить вызов за право управлять племенем, и не будь их вождь настолько силён, его бы уже давно сместили.

Его грубое квадратное лицо было в шрамах от бесконечных сражений, а ледяной взгляд не выражал ничего, кроме гнева.

Даже самые отъявленные мерзавцы боялись смотреть на него, и таких, как он, в юрте были сотни людей, а во всём племени тысячи.

Барок в пьяном угаре вполсилы ударил локтем девочку в лицо, подававшую ему алкоголь, отчего её голова разлетелась на куски, разбросав кровь и части мозга на сидевших рядом варваров и рабынь.

Сразу после этого весь шатёр радостно завопил, поднимая кубки, видя мощь вождя, а сам Барок поднял кубок и протянул его, чтобы ему налили вина.

В этом хаосе никто не замечал две фигуры, вошедшие в шатёр и уже несколько минут наблюдавшие за происходящим.

Однако вскоре кто-то обратил на них внимание, и пьяные варвары стали вскакивать со своих мест, хватаясь за оружие, а Барок оттолкнул от себя девочку и, рассмеявшись, заговорил с незванными гостями на языке варваров, которого Виктор не понимал.

Лорд видел, как этот человек убил девочку, и, по правде говоря, если бы не ужасы, что он успел увидеть за пределами шатра, он уже давно перебил всех здесь.

Отрубленные головы мужчин, женщин и детей, насаженные на пики, и мёртвые тела, брошенные на съедение собакам, а также смрад, стоявший в лагере, вызывали тошноту даже у Виктора, но он сдержался и теперь, видя, что творится в юрте, был куда спокойнее, потому что уже вынес смертный приговор всем кочевым племенам.

Слушая, как вождь болтает, а пьяные варвары что-то громко кричат в его сторону, Виктор обратился к Хильде, стоявшей рядом.