Книга Паладин развивает территорию. Том VI, страница 58 – Greever

На эту статью отреагировал Акустос и, дав интервью уже своему журналисту, высмеял барона Тали, утверждая, что пока тот отсутствовал, единственное, что у него было украдено, это честь жены и дочерей, которых использовал в постельных утехах на тот момент виконт Виктор Балтес, а ныне герцог Леомвиль.

Бэррион зашёл ещё дальше, утверждая, что сын, рождённый баронессой Лорей Тали, является ублюдком Виктора, которого тот не признает, а ведь все знали, что он признал даже двух детей от дочерей виконта в Корстаде.

Юмора этой ситуации добавляло то, что Лора Тали действительно принимала у себя во владениях Виктора Балтес, но эта женщина была явно не во вкусе виконта, так как выглядела скорее как бочка для вина.

В результате этой заочной перепалки между баронами их вражда усилилась, и теперь на границе владений регулярно происходили мелкие стычки.

Такие происшествия происходили с завидной регулярностью, потому что аристократы догадались, что таким образом можно оскорбить другого дворянина, а в случае чего легко обвинить журналиста, который что-то не так понял или написал отсебятину.

Однако была газета из одной конкретной вотчины, которую читали по всей империи, и называлась она — Балтес-Экспресс.

Данная газета, в отличие от Балтес-Таймс, выходившей ежедневно, выпускалась раз в неделю, и в неё попадали основные события, с разборами и комментариями высокопоставленных лиц, вплоть до пресс-секретаря императора, назначенного специально, чтобы выступать от имени Леорика.

Газета доставлялась эксклюзивными дирижаблями, которые были спроектированы развивать максимальную скорость сто пятьдесят километров в час.

Даже отдалённые королевства отправляли в империю людей, чтобы как можно скорее получить экземпляр, который очень скоро перепечатывался, чтобы распространить на своей территории.

Среди таких было королевство Тилай, расположенное на северо-востоке Лиденгарда, примыкавшее к горам Рондан.

В этом запустелом месте, где между герцогствами расстояния легко могли измеряться тысячами километров, находилась вотчина герцога Муэрто Беринга, самого неоднозначного дворянина на всём континенте.

На вид слегка полноватый пожилой мужчина, одевавшийся в так понравившийся ему льняной белый костюм, белую шляпу с широкими полями, защищавшими от солнца, он напоминал карикатурного плантатора с Земли.

Однако этот человек не был никаким плантатором, да и аристократ из него был совершенно никакой, если честно.

Мужчина с несколькими слугами и своим старым товарищем графом Луаром Поэйто занимался тем, что целыми днями изучал насекомых и растения, забредая в самые отдалённые леса и поля, занимавшие девяносто процентов его земель.

Его друг, который был с ним одного возраста и одевавшийся также, но выглядел как иссохшая тростинка, предпочитал изучать окаменелости, минералы и породу, стараясь затащить герцога поближе к горам, где было больше возможности развернуться его натуре.

Два этих человека были одержимы своим хобби. Их слуги только и успевали развернуть лагерь, установить шатры, а вскоре двое аристократов, как малые дети с сачками, мчались за какой-нибудь бабочкой.

У одного из таких лагерей, когда слуги подавали обед, Муэрто, сидя за столом под палящим летним солнцем, намазывал масло на хлеб и услышал, как к ним приближается всадник.