Книга Паладин развивает территорию. Том VI, страница 147 – Greever

Пять лет трудов только ради одной капли жидкости, вот насколько трудоёмким оказался процесс.

Виктор пристально смотрел на ребёнка, пытаясь понять, не успокаивает ли его тот себе в ущерб.

— Хорошо, я приму её. — наконец ответил он и протянул руку.

Игги был очень счастлив, ведь в человеке перед собой он видел настоящего отца, который часто общался с ним, шутил и даже рассказывал истории о своей прошлой жизни, чем не делился даже с жёнами.

Каждое их совместно проведённое время мальчик тщательно сохранял в своей памяти, понимая, что проживёт гораздо дольше и ему было важно знать, что ничто из этого не будет утеряно или забыто.

Ребёнок с каплей эссенции в руках перевернул ладонь из-за чего капля стекла в руку Виктора и в ту же секунду просочилась через кожу.

Лорд ощутил всплеск энергии, которая прошла по костям, мышцам, нервам по всему телу и словно мощный наркотик ударила прямо в мозг.

Весь мир приобрёл радужный цвет, звёзды в небе стали быстро приближаться, а затем также быстро отдаляться.

— Хааа… Боль… ушла… — выдохнув пробормотал он, а по его щекам потекли слёзы.

На лице появилась блаженная улыбка от того, что столько лет мучений прекратились.

Впервые Виктор ощущал умиротворение, так как ничего не болело.

Лилия, молча наблюдавшая за происходящим, подошла к отцу и тихо расплакавшись прижалась к нему.

Девочка только сегодня узнала, что её отец страдал каждый день. Каждая минута его жизни была наполнена болью, но он никогда этого не показывал.

Для неё он был просто папой, который катает её, усадив на плечи, покупает сладости, которые запрещает есть мама, и играет с ней и остальными детьми в прятки или догонялки, делая вид, что не может найти или угнаться, отчего весь дворец наполнялся смехом и радостью.

Впервые ребёнок видел слёзы на лице человека, который казался нерушимой скалой одновременно нежной и мягкой, как пух.

Виктор чувствовал, как что-то коснулось его ноги, но он боялся потерять чувство, полученное от капли эссенции.

Его тело перестраивалось, но это было не больно. Наоборот, ощущалась лёгкость и свобода, однако вне его сознания происходило нечто большее.

В небе над горой начала появляться туча, которая, словно смерч, стала закручиваться в вихре, из-за чего поднялся ветер.

Иггдрасиль посмотрел вверх, а затем, протянув руки вперёд, изменил их на ветвистые корни и ударил ими в землю, после чего вокруг лорда начал сплетаться кокон, а затем начал расти второй кокон уже над всем плато, закрывая его от бушующего ветра.

В это же время последователи по всему континенту ощутили прилив энергии, которая заставляла их от боли падать на колени, с криками хватаясь за голову.

Во дворце Леомвиль Сильвия, корчась от боли, упала в коридоре, пока слуги в панике пытались ей помочь. В её голове вспыхивали воспоминания Виктора, и в особенности чётко она ощутила ощущение супруга, который испытывал множество эмоций, но не мог никому их показать, опасаясь показаться слабым.

В отличие от неё, Клиосса, находившаяся на борту летающего корабля, ощутив прилив энергии, который в прошлом обернулся для неё настоящим кошмаром, посмотрела на сына, игравшего на полу каюты.

Женщина, не выдавая эмоций, подошла к ребёнку и, присев рядом с ним, погладила его по голове.

— Маме надо отойти. Оставайся здесь. Хорошо? — она уже ощущала неимоверную боль, но продолжала сдерживаться, чтобы не испугать мальчика.