Книга Империя праха, страница 141 – Филип К. Квантрелл

— Стой. – Адриэль поднял руку, останавливая его. – Я вижу, что нам стоит поговорить об основах.

— Я умею драться, – запротестовал Гидеон.

— Не так. В основе маг’дерет лежит самообладание, отрешенность. – Адриэль повернулся лицом к пруду и провел серию медленных ударов. Его руки и ноги вырисовывали в воздухе фигуры, одежды развевались.

Гидеон встал рядом и принялся копировать его движения. Иларго наблюдал за ними со скалы: все, что делал новый друг, вызывало у него огромный интерес.

— Тренируясь, ты должен поддерживать связь с Иларго. Это самое важное.

— Соединяясь с Иларго, я каждый раз вижу одно и то же…

— Ты видишь войну, – ответил Адриэль, не останавливаясь и не глядя на него.

— Да. Великую битву. Там и Райнаэль, и Маллиат… даже Гарганафан! Но это бессмыслица какая-то, он ведь погиб до начала Войны драконов, так?

— Не отставай, – велел Адриэль, заметив, что Гидеон замедлился. – Ты видишь воспоминания Райнаэль, которые она передала Иларго. Теперь ты понимаешь, какое бремя лежит на твоих плечах, на плечах всех драгорнов? Ты видишь глазами старейших созданий Верды. Этот дар позволит тебе заглянуть в прошлое, увидеть то, что ни смертным, ни бессмертным видеть не положено.

— Но что это за война? – Гидеон быстро сбросил дублет и вернулся к упражнениям.

— Первая война.

От удивления Гидеон остановился.

— Первая война? Но в истории остались только две: Темная война и Война драконов. Я никогда не слышал о Первой…

— Никто не вел ее хроник, хотя, подозреваю, если тебе хватит храбрости зайти в дебри Диких чащоб, ты обнаружишь что-нибудь с ней связанное. Твой народ всегда любил запечатлевать моменты истории. Взять, к примеру, наскальную живопись…

— Не понимаю. Дикие чащобы? Те самые, в Иллиане? Но как скитальцы связаны с Первой войной?

— Об этой странице истории должен рассказывать тот, кто видел все своими глазами. Впрочем, воспоминания Иларго, думаю, подойдут.

Гидеон взглянул на дракона, на его мерцающую в закатных лучах чешую. Иларго свесил голову со скалы, и связь вновь стала осязаемой. Но прежде чем они успели заговорить, Райнаэль спустилась с небес и грациозно приземлилась на ту же скалу, взмахнув крыльями, что были в два раза больше каменной площадки. Ее разговора с сыном Гидеон не слышал, но уловил возбуждение Иларго и одно слово:

Охота!

Мать и сын взлетели высоко в небо и все поднимались, пока не сделались лишь двумя точками. Связь с Иларго оборвалась, и Гидеон, почувствовав себя окончательно выжатым, остановился.

— Никогда не мешай дракону охотиться, – посоветовал Адриэль. – Вопросы придется отложить.

— Но Иларго сказал, что когда мы… в нашем общем месте, расстояние не важно. – Гидеон не знал, как описать тот звездный рай, в котором побывал с драконом.

Теперь и Адриэль остановился.

— Вы создали прибежище? Интересно… – Он помолчал, размышляя, но снова стал перед Гидеоном. – Еще раз. Если ты сможешь повторить все движения не задумываясь, значит, ты их выучил.

К тому времени как поднялась луна и поверхность пруда отразила звезды, Гидеон окончательно вымотался. Он просто сидел, привалившись к камню, и радовался, что может наконец отдохнуть. Галанор развел скромный костер и поджаривал на вертеле пару кроликов. От их запаха живот Гидеона урчал, от тренировок и боев болела каждая мышца. Адриэль, не знавший, что такое усталость, гонял его целый день, и все же куда сильнее угнетало чувство пустоты, оставшееся после Иларго. Раньше Гидеон никогда такого не испытывал.