Книга Сокровище богов, страница 89 – Филип К. Квантрелл

— Атилан в деталях описывает создание криссалита и еще какого-то кристалла, которым очень гордится.

— Звучит тревожно, – заметил Галанор.

Адиландра открыла книгу в начале, пролистала пару страниц и показала ему набросок: рука с кольцом, украшенным голубым кристаллом.

— Он не дал этому камню имени, сделал несколько таких колец для самых верных союзников. Некоторые тексты перевести невозможно, но я думаю, что кристалл защищает носителя от влияния криссалита.

— Мощный инструмент для мага, – заметил Галанор. – Если он наденет кольцо и возьмет криссалит, все вокруг него лишатся магии.

— Это еще не все, – сказала Адиландра, листая страницы. – Но я боюсь правды, которую могу отыскать.

Их прервали далекие крики. От западных ворот почти ничего не осталось, но из города потянулась вереница темнорожденных – несколько сотен дикарей, в основном дети и женщины. Галанор огляделся, но не заметил ничего похожего на убежище.

Впрочем, это было уже неважно.

В следующее мгновение западные ворота и остатки стен взорвались, камни полетели вперед. Рев, от какого любой застыл бы на месте, разнесся по пустыне, и черная громада Маллиата вырвалась на волю. Его атака была жестокой, полной ненависти: огромная пасть сгребла двух темнорожденных, разгрызла в мелкие кусочки, сглотнула несколько. Когти, каждый размером с лошадь, вонзились в землю, и дракон бросился на беглецов, давя десятки дикарей, разбрасывая их взмахами крыльев.

Галанор хотел отвернуться, но не мог. Это было все равно что смотреть на буйство природы, какого больше не увидишь. Выбравшись на простор, дракон опустил голову и выдохнул. Струя пламени пронеслась по пустыне, охватила бегущих темнорожденных. Но вот гудение пламени утихло – остались лишь обожженные тела и почерневшая земля.

Эльфы замерли, не в силах найти слов. Галанор боялся, что королева, еще не забывшая ужасов, обрадуется этому зрелищу, но она сидела молча, глядя, как рушится Гравосай. Один за другим драконы отлетали от горящего могильника. Одни кружили по голубому небу, другие расселись по горам, выискивая еду.

Тень скользнула по земле, и Райнаэль грациозно приземлилась на плато. Ее зеленую чешую запорошило пеплом, испачкало золой, но величия королева драконов не растеряла. Правда, кровь, запекшаяся на ее пасти и между клыков, пугала. Непонятно было, о чем драконица думает… Но вдруг громкий рев нарушил тишину, и она резко обернулась в сторону города. Посреди разрушенного Гравосая из руин поднимался Маллиат.

И его рев, и молчание Райнаэль были Галанору одинаково непонятны, но он заметил, как дрогнули крылья драконицы, как остальные великие змеи заметили, что с Безгласным что-то не так.

— Что происходит? – спросил Галанор.

Адиландра тоже поднялась, удивленная.

— Я не знаю.

Маллиат вновь издал душераздирающий рев и выбрался наконец из руин. В его криках Галанору слышалась боль. Не телесная – нечто более глубокое, заточенное в Маллиате на тысячу лет. Бездна гнева – это Галанор очень хорошо понимал. Гнев кипел внутри дракона, но ничто не могло его усмирить. Могучий рев стих так же внезапно, как начался, и черный змей, взмахнув крыльями, поднялся в небо.

Райнаэль и остальные спокойно сидели, задрав головы, и смотрели, как он взлетает, как летит к горам, и провожали его взглядами, пока не стихло хлопанье его крыльев.