Книга Сокровище богов, страница 142 – Филип К. Квантрелл

Глэйд вздохнул, моргнул медленно. Идея ему явно не нравилась.

— Не перережь всех сам, оставь мне.

Эшер похлопал его по спине.

— Иди!

Глэйд побежал к лестнице, остановившись лишь разобраться с двумя дикарями, попавшимися на пути. Эшер проводил его взглядом, уверенный, что спас другу жизнь.

— Эшер! – Фэйлен вынырнула из сутолоки, перепачканная в свежей крови. – Нужно защитить Рейну!

Рейнджер понимал, о чем она, и был полностью согласен. Принцесса была единственной, кто мог отговорить эльфов от нападения и превращения битвы в абсолютный хаос.

Эшер взглянул на Тарена, но тот указал в сторону стены.

— Идите! Найдите Рейну и Натаниэля, тут мы справимся!

— Только выживите, – ответил Эшер.

Они с Фэйлен развернулись и побежали обратно к платформе. Несколько темнорожденных прорвали оборону велийцев и кинулись на них, но тут же нашли свой конец на остриях мечей.

А вот перед крюками пришлось остановиться. Крюки на веревках пролетали над стеной и, протащившись по камню, цеплялись за край между зубцами. Их было штук десять, за ними следовали гигантские лестницы.

— Вот же… – прошептал Эшер, видя, что все больше темнорожденных карабкается наверх.

Двое Серых плащей попытались оттолкнуть лестницу от стены, но было слишком поздно: на нее уже забралось слишком много темнорожденных. Первые дикари, добравшиеся до верха, тут же полетели вниз, пронзенные мечами, но все больше и больше просачивалось между стеной велийских защитников и Серых плащей.

Теперь ни по стене, ни по зубцам было не побегать: везде кипел бой. Эшер и Фэйлен без устали рубили всех, на ком не было красного или кожаного плаща, руки и запястья рейнджера гудели от постоянного столкновения клинков. Он знал, что совсем скоро они онемеют и он уже не сможет поднять двуручник.

Солдат, окружавших мостик ближайшей осадной башни, вдруг раскидало, многие так и не поднялись. На стену ступил уродливый гигант, вооруженный обоюдоострым клинком длиной в человеческий рост. На нем был лишь похожий на ведро шлем, один наруч и потрепанная набедренная повязка. Из торса торчали стрелы, между ребер – кинжал, но монстра это ничуть не беспокоило. Он взревел, пустив волны по жирному пузу, и одним ударом меча снес нескольких велийцев разом.

— Направо, – предложила Фэйлен. – Я зайду слева.

Они разделились, собираясь напасть на гиганта с двух сторон, но Эшер краем глаза заметил движение: что-то на большой скорости разбрасывало темнорожденных в разные стороны. Загадка быстро разрешилась: раздалось знакомое гиканье, и Доран, сын Дорейна, на спине вепря врубился в толпу дикарей, одной рукой рубя их коротким широким мечом, другой – топором. Кто успевал уйти от клыков вепря, тут же попадал под раздачу.

С боевым кличем гном выпрыгнул из седла и врезался в грудь здоровяка. Тот, не удержавшись под весом Дорана, с грохотом повалился на землю. С несвойственной ему обычно яростью и жестокостью гном принялся рубить его голову и грудь то мечом, то топором и не остановился, пока огромный дикарь не превратился в фарш.

Закончив, Доран сплюнул кровь и обернулся к Эшеру.

— Без меня начали, а! Поверить не могу!

Эшер закатил глаза и обвел стену широким жестом.

— Тебе много придется наверстать.

Доран нехорошо ухмыльнулся и забрался на перекидной мостик осадной башни.