Книга Право сильного, страница 4 – Джейн Реверди

Рябчиков гость ел прямо руками, не считая нужным пользоваться после этого салфеткой. И жир капал с его подбородка на камзол, на рубашку, на штаны. Он осушал кубки с вином один за другим, и речи его становились всё более откровенными.

— Надеюсь, твоя сестра сберегла свою невинность для мужа? — спросил он и громко рыгнул.

Брат принялся уверять его в моей скромности. Граф довольно захохотал и, рывком поднявшись с кресла, направился в мою сторону. Когда он подошел ко мне почти вплотную, я тоже встала.

— Ну же, Элли, будь поприветливей с женихом, — потребовал Эрик.

Я попыталась изобразить что-то похожее на улыбку.

— Пойду проверю, не забыл ли конюх напоить ваших лошадей, ваше сиятельство.

Мне показалось, что они заранее договорились об этом, и когда брат пошел к дверям, я едва не бросилась за ним, умоляя не оставлять меня наедине с этим жирным потным кабаном. Но Эрик будто почувствовал это и осадил меня гневным взглядом.

Он ушел, и мы с графом остались в комнате вдвоем. Я отступила на пару шагов, но Краус тут же приблизился.

— Что же вы так дрожите, княжна? — ухмыльнулся он. — Как будто во время первой брачной ночи.

Сальной рукой он взял меня за подбородок, развернул к стоявшему на столе канделябру со свечами. Мои глаза наполнились слезами.

— Не плачь, детка, — он тяжело задышал и облизал свои губы. — Я не сделаю тебе больно. Пока не сделаю.

Его вторая рука обхватила мою талию, и я почувствовала исходящий от него запах вина и чеснока. Я дернулась, но он только усилил хватку.

— Ты не должна бояться меня, Элли, — он впился в мои губы своими жирными губами.

Его язык пробрался ко мне в рот, и я замычала. Тошнота подступила к горлу. Стало трудно дышать.

Он прервал поцелуй, но не разомкнул объятия.

Его правая рука скользнула в вырез моего единственного более-менее нарядного платья, коснулась моей груди. Я охнула, дернулась.

— Отпустите меня, ваше сиятельство!

Он хохотнул и, порвав кружево, обнажил мои плечи.

Я закричала.

— Твой брат не станет вмешиваться, Элли. Он так хочет, чтобы я стал его зятем, что позволит мне делать с тобой всё, что я пожелаю.

Он порвал и шелковый лиф платья, и тонкую ткань сорочки. Я отбивалась, как могла, но силы были не равны.

Он подтащил меня к столу, навалился сзади.

— Ну же, детка, я только попробую тебя на вкус.

И лишь когда он задрал платье и стал стаскивать с меня панталоны, в зале появился брат. Мне показалось, что всё это время он стоял возле дверей. Он позволил графу распалиться, но остановил его, как только ситуация начала выходить из-под контроля. Эрик слишком хорошо понимал, что чрезмерная доступность невесты отнюдь не поспособствует быстрой свадьбе.

— Ваше сиятельство! — гневно воскликнул он.

Краус отскочил от меня, а я, безуспешно пытаясь прикрыть наготу разорванным платьем, бросилась вон из комнаты.

Всю ночь меня успокаивала старая нянюшка Урсула. Худой морщинистой рукой она гладила меня по голове, и мне становилось чуточку легче.

— Не плачь, девочка моя. Посмотри — твоя подушка уже мокрая от слёз.

Няня была рядом со мной с моего рождения. Она вырастила и меня, и Эрика. И когда мой брат, потратив на поиски камней всё, что у нас было, вынужден был рассчитать большинство слуг, Урсула осталась в замке, отказавшись от жалованья. У нее не было никого, кроме нас.