Книга Кровь двух миров, страница 127 – Лия Норд

Серания на мгновение замолчала. В ее глазах вспыхнула боль, но она тут же спрятала ее под привычной безупречной сдержанностью.

— Как мне ее называть, если именно ее появления они ждали?

— Они?

Каэль услышал это слово сразу. Он все еще удерживал нападавших на расстоянии, но взгляд его на долю секунды стал острее. Серания поняла, что сказала лишнее, однако было поздно.

— Все, кто боится войны, — быстро произнесла она. — Все, кто понимает, что пророчество не остановится только потому, что вы смотрите на нее как на спасение.

Эллианна словно перестала слышать звуки вокруг. Она смотрела на Лиора и уже знала, что происходит, хотя он еще не произнес ни слова.

Его выбор не был сделан в одну секунду. Он рождался на ее глазах. Медленно. Мучительно. В каждом его вдохе. В том, как крепче сжались пальцы на рукояти меча.

В том, как золотые крылья, еще недавно сиявшие теплым светом, стали неподвижными и тяжелыми, будто на них лег вес всего Эйрилона.

— Не слушай ее, — произнес Каэль, не оборачиваясь. — Она говорит то, что им нужно.

— А если она права? — тихо спросил Лиор.

Эти слова ударили сильнее любого клинка. Каэль резко повернул голову.

— Тогда ты выбираешь не мир. Ты выбираешь страх.

Лиор встретил его взгляд.

— А ты предлагаешь мне выбрать одну женщину и позволить Домам начать войну уже сегодня?

— Я предлагаю тебе не отдавать ее тем, кто пришел с ядом и масками.

— Я и не собираюсь отдавать.

Голос Лиора стал низким, почти чужим.

— Но я не могу уйти вместе с ней.

На этих словах Эллианна почувствовала, как внутри что-то оборвалось.

Он не сказал: «Я не хочу».

Не сказал: «Я боюсь».

Он сказал: «Не могу».

И почему-то именно это было больнее всего.

Лиор сделал к ней шаг, но остановился, словно боялся, что если подойдет ближе, то уже не сможет повернуться обратно.

— Эллианна...

Она смотрела на него, не мигая.

— Выбор уже сделан?

Он закрыл глаза на совсем короткое мгновение.

Но когда снова открыл, в них уже не было той прежней теплоты, которую она узнала за этот вечер. Точнее, она была — глубоко, почти мучительно спрятанная под тем, что требовала от него власть.

— Если я уйду сейчас, — произнес он тихо, — дворец останется без голоса Солариса. Совет расколется до рассвета. Дом Ноктис обвинят в похищении Наследницы, Люменор потребует закрыть все Разломы, а те, кто сегодня пришел в масках, получат то, чего хотели: войну, в которой каждый будет уверен, что защищает Эйрилон.

Он говорил не для того, чтобы оправдаться. И от этого было еще тяжелее. Он действительно видел перед собой не одну дорогу, а сотни смертей, которые могли начаться с его шага.

— Я не отдаю вас, — сказал он глуше. — Слышите? Не отдаю.

— Но и не идете со мной.

Лиор побледнел. Ответить он не успел. Потому что в этот момент со стороны нижнего зала поднялся новый шум, и голос Солариарха, усиленный магией, прокатился под сводами дворца:

— Лиор!

В этом зове не было просьбы. Только власть и беда. Наследник дернулся, словно этот голос ударил его физически. Серания тут же сделала еще один шаг.

— Ваш отец зовет вас.

Каэль с такой силой отбил очередной удар, что один из нападавших отлетел к колонне. Потом он повернулся к Лиору, и в его глазах Эллианна увидела ярость, которая теперь была направлена уже не только на убийц.