Книга Дневник лесного янгире, страница 97 – Алекс Муров

— Тебе кто-то написал. Слышишь?

— Плевать… -продолжаю целовать её в шею.

— Может всё-таки ответишь?

— Не хочу. Мне никто не нужен. – смотрю ей в глаза.

— Алекс, у тебя есть вино?

— Хм… Нужно посмотреть в родительском баре.

— Я сегодня так расстроилась там в психушке из-за папы… У меня до сих пор в голове что-то покалывает.

— Я понимаю. Сейчас посмотрю… -сказал я и вышел из комнаты.

До сих пор не понимаю, специально ли Сун меня отправила за вином, чтобы покопаться в моем ноуте или действительно хотела успокоить нервы алкоголем.

— Вино будешь розовое или белое? —громко спрашиваю я из соседней комнаты, открыв мини-бар родителей.

В мини-баре хранился алкоголь на любой вкус. Шампанское, виски, самбука, баккарди.

— Розовое… -крикнула девушка в ответ.

Я схватил бутылку с Прованским вином и захлопнул дверцу бара. Прохожу в коридор. Слышу чьи-то стоны и трек Оксимирона «Безумие». Когда захожу в комнату, вижу, как Сун сидит на кровати перед ноутбуком. На экране – идет порно ролик с моим участием. Я в гриме «Пьеро», с залепленной пластырем, бровью и Летта, полностью голые на видео. Я вспомнил день, когда это было. Я возвращался тогда от Сун и она мне тогда отказала в сексе, будучи девственницей. На видео мокрая от пота, Летта кричит:

— Не кончай раньше меня!

Сун громко закрывает ноутбук. Гробовая тишина повисла в воздухе. Я замер в дверях с бутылкой вина, а Сун закрыла глаза.

— Что ты сделала? —спросил я.

— Тебе пришло письмо от Летты и это видео прикреплено. —говорит она, вставая с кровати и пройдя на выход. —Она попросила лайкнуть его… Извини, я не должна была лезть в твои дела.

Я попытался остановить её и когда протягиваю руку к ней, она громко говорит:

— Не трогай меня!

— Я тебе все объясню… Я тебе все объясню… Я тебе все объясню… -как мантру проговаривал я, но девушка не желала ничего слышать.

Она сжимала розу в руке и плакала. С руки стекала кровь.

— Я верила тебе… А ты… Ты трахался с этой сукой, когда мы с тобой встречались. Как ты мог? Ты тварь, Алекс!

— Я знаю, знаю, что тварь! Но пожалуйста… Прости! Я не думал, что так будет!

— Нет… Я тебе уже говорила, измену и предательство я не прощаю!

— Ты хочешь сказать, между нами всё? —во рту пересохло.

Девушка ничего не ответила, но было понятно без слов, что после такого между нами ничего быть не может. Глаза у неё красные. Слезы идут градом. Она влепила мне пощечину и громко, хлопнув за собой дверью, ушла вон. Ушла в одном бюстгальтере.

Всё кончено и только я виноват в том, что случилось. Чувствуя пульсацию собственной щеки от пощечины, произношу в одиночестве:

— Я – тварь…

* * *

Любовь, это как война, вспоминал я слова Летты, угрюмо пялясь в небо с крыши электрички, глуша из горла Jameson. Я никак не мог поверить, что потерял её. Потерял самого лучшего и любимого человека. Нет. В это просто невозможно поверить. Мозг отказывался это принимать. Идет дождь, темное грозовое небо всё чаще и чаще вспарывали молнии, а мне никогда не было настолько плохо.

Придя в лес к развесистой ели с широкими нависшими ветвями, я ударил ногой по её мощному стволу. Потом ударил кулаком. Со всей силы. Бью снова и снова. Внутри меня ярость и обида на весь мир. Кулаки залиты кровью. Сердце стучит как бешеное.

Меня многие хотели заставить почувствовать боль. Меня гасила толпа, применяя граунд-энд-паунд. Мне пускали кровь и несколько раз ломали нос. Но только ОНА навсегда станет моей самой болезненной раной.