Книга Хорошие соседи, страница 59 – Оксана Евгеньева

— Я понимаю, о чем вы, – ответил участковый. – Вы правы, вопросы мучили и меня. Вообще, то дело как бочонок с ледяной водой. Город наш – тихий, мирный. И тут такие страсти!

— Смотрите, что нас смущает: вся семья сгорела живьем. И лишь потом появились неопровержимые улики о причастности Конева к убийствам и грабежам. Вам не казалось это странным? Как и то, что поджигателей не нашли.

— Или не искали? – добавила я, поймав на себе неодобрительный взгляд Дениса.

— Молодые люди, вы задаете хорошие вопросы, правильные. У вас, я так понимаю, есть сомнения в том, что Конев был преступником? Вы думаете, что кто-то его подставил таким вот образом? Тогда послушайте меня. Я был непосредственным участником тех событий. Это был мой участок. Я очень хорошо знал Конева и его жену, даже с мальчишкой общался. Прекрасный был пацан, очень толковый. Мне самому трудно было поверить, что Иван мог совершить такое. Но это был он. – Участковый потеребил край ковра, которым был накрыт старый диван, руки его подрагивали. – Когда от квартиры осталось только пепелище, и следователя с опергруппой запустили работать с тем, что осталось, мы сразу поняли, что это поджог. Не случайность. Да это и дурак бы понял. В квартире пахло бензином. Следы горючего были повсюду. Эпицентр – гостиная, в которой мы и нашли то, что осталось от тел.

— Останки можно было опознать? – задал вопрос Денис.

— Нет. Только по косвенным признакам. Тогда, как вы понимаете, личность по ДНК никто не устанавливал. Может, где-то в столице и расстарались бы, но в нашем захолустье не использовались такие методики.

— Тогда как вы можете утверждать, что Конев сгорел.

— Когда Иван проходил службу, он получил очень тяжелую травму. Уж не знаю, что произошло, но он потом благодаря этой травме списался. У него была пластина в голове. Металлическая. Так же несколько пластин в теле – в ноге и на позвоночнике. С женой было сложнее. Молодая женщина, никаких особых примет или хотя бы золотых зубов. С ней действительно могли бы быть вопросы. Но соседка говорила, что Конева болела. И последние недели почти не выходила из дома. К ней приходил врач, чтобы выписать больничный. И даже предлагали госпитализацию, но она отказалась и лечилась дома. Пневмония у нее была.

— А мальчишка? – спросила я.

— Останков мальчика не нашли. Его признали пропавшим без вести. Мы изучали вопрос, мог ли пацан сгореть без следов, и некоторые специалисты говорили, что такое вполне возможно, если он оказался в эпицентре пожара еще и под действием горючего. Кости при пожаре сразу чернеют, потом становятся серыми, хрупкими и распадаются на отломки. То есть, мы обнаружили не скелеты, чтобы вы понимали. А именно человеческие останки. Что точно можно сказать – Иван Конев погиб. В остальном наши суждения оставались менее определенными и строились на показаниях свидетелей. Мальчишку после пожара никто не видел. Он просто исчез.

Мы с Денисом переглянулись.

— Поджог расследовали? Установили какие-то факты, указывающие на преступника? – спросил Денис.

— Когда мы закончили с осмотром трупов, естественно, искали и другие следы. Квартира Коневых выгорела быстро. Пострадали и соседи сверху и снизу по стояку, пожар распространился через открытый балкон, несмотря на то, что пожарный расчет приехал быстро. В ходе осмотра парни нашли несколько ювелирных украшений, которые проходили у нас по описанию об ограблениях. При более детальном осмотре на балконе кухни обнаружили тайник с жестяной банкой, а в ней разные ювелирные штучки. Там мы нашли и другие предметы, которые проходили по делу. Например, искусный браслет, который перешел в качестве наследства от бабушки знаете кому? Учительнице физики из первой школы, которая стала одной из жертв маньяка. Вот тогда-то все и забегали.