Книга Дружба чистых сердец, страница 66 – Оксана Евгеньева

Вероника Максимовна рассмеялась, а я спросила:

— Алексей Петрович разделяет ваше мнение?

— О нет. Мой муж категоричен. Здесь его земля, дом отца. Он говорит, что в конце восьмидесятых, начале девяностых, в соседнем поселке начали возводить свои замки местные шишки. Фактически с флюгерами да винтовыми лестницами. Из красного кирпича. А потом все рухнуло в стране. Из соседнего поселка вывели военные части, люди уезжали семьями. Начался разброд и шатание, за металлолом можно было получить по голове, а за бутылку спирта решить любой вопрос. И долго стояли эти недострои. Потом в двухтысячных уже вернулись сюда братки. И тоже не к нам, в соседний поселок. Настроили гостиниц, частных домов. А через четырнадцать лет опять все опустело. И никому эти замки были не нужны, никто не понимал, что вообще дальше будет. Так вот сейчас тоже все непонятно. У нас места, как заговоренные. Необычайно красивые, но, сами понимаете. Спорные земли. Так было и так будет. Муж мой против строительства курорта. Но что он сделает? Мы просто наблюдаем, как события будут разворачиваться дальше. И каждый год ждем отдыхающих, как манны небесной. В этом году вроде ничего. Жить можно. Но после всех этих убийств как будет – Бог знает. Лешка в жизни не согласится продать свой участок с домом. Так что мы тут будем в любом случае до конца.

Я молча слушала и кивала. А в голове родилась и зажужжала мысль о том, что строительству в поселке особо не рады. Один раз местные выступили единым клином, когда спасали детей от наркомании. А вдруг они и сейчас заодно? Мне надо было поговорить с Витей.

Гриша снабдил меня дождевиком, и я отправилась в гости к своему напарнику. Телефон его не отвечал, сообщений от Вити тоже не было, поэтому мне было тревожно.

Я вышла на улицу и вдохнула свежий воздух, приправленный брызгами соленых волн и пыльцой шишек, растущих возле дома. Бабушка моя говорила, что такой воздух можно есть ложкой. Правда, под ногами было неприятно, потоки грязной воды доходили до щиколотки. Но не холодно. Помню, в детстве в такую погоду мы бежали на улицу запускать бумажные кораблики. Говорят, что у нашего поколения не было детства, но это неправда. Наверное, это зависит от места и окружения. В моем окружении было не так много обеспеченных друзей, которые могли позволить себе сидеть у компьютера или в телефоне. Было время, и я гуляла с мальчишками и девчонками, бегала босиком по лужам, не боялась напороться на стекло.

Я сняла шлепки, потому что они промокли, и нога в них скользила. И пошлепала по лужам в сторону дома бабушки Шуры.

Я постучалась и мне открыли.

— Витя дома? – спросила я и невольно усмехнулась. Ну просто ностальгия по детству.

— Заходи. Только вон таз стоит на крыльце, видишь? Ноги обмой. Нечего мне грязь таскать.

Я помыла ноги, вытерла какой-то тряпкой, которую мне протянула хозяйка, и вошла в дом.

Витя, конечно же, сидел за столом и ел пышный омлет.

— Ты чего на телефон не отвечаешь?

— А, привет, – улыбнулся мне мой товарищ. – Да я только встал. Разве можно делами портить такой завтрак?

— Крутов знает о твоей этой привычке? Выбирать еду вместо дел?

— Не язви, садись. Омлет – зашибись! Я бабу Шуру с собой заберу, в город. Такое золото не должно тут пропадать.