Книга Рассказы о любви, страница 90 – Оксана Евгеньева

И он смог. Волшебство, не иначе. Но он смог влюбить в себя моего Ваньку. Дать ему то, что не могла я. Возможность быть сильным. И направлять силу на победу, работая в команде. Где не ты важен, а все важны. И ответственность коллективная.

Где есть возможность доказать, чего ты стоишь. Не кулаками. Скоростью. Смелостью. Решительностью. Меткостью. Я, как и положено, сидела на трибуне. И отчаянно верила в своего ребёнка.

Я старалась общаться с Виктором Ивановичем (тренером) как можно реже. Боялась навредить сыну. С возрастом я становилась резче. Мне так часто приходилось сдерживать свой нрав с Ванькой, что он начал вырываться наружу по поводу и без. Одно неосторожное слово, и я могла сорваться.

— Мужика тебе нужно, – говорила Юлька.

А я только смеялась. Вот уж чего мне не хотелось, так это любых отношений. Работа и сын занимали все мое время. Я так привыкла рулить и разруливать, что не понимала, зачем мне ещё один персонаж, с которым придётся считаться. Я очень ценила свою свободу, тем более, что замужем я уже побывала и знала, что там нет ничего особенного.

Я периодически встречалась с кем-нибудь для поддержания женского духа. Но каждый раз убеждалась в том, что оно того не стоит. Одно свидание, два. Но не вся жизнь в одной лодке.

Тем более я и сама неплохо гребла.

С футболом решились многие Ванины проблемы. Но далеко не все. Учёба давалась ему сложно. Подчинение учителям – не давалось вообще. Поэтому меня постоянно вызывали на какие-то разборки.

Когда Виктор Иванович позвал меня на разговор, у меня все сжалось внутри. Ванька ходил притихший и потерянный, я загривком чувствовала, что что-то произошло. Серьезное. Я знала, что если сына вышвырнут из футбольной команды, то это будет тяжелым ударом и для него, и для нас.

Я шла, настраиваясь на трудный разговор. Готовая к мольбе, унижениям и подкупу. К чему угодно, лишь бы мой сын продолжил тренировки.

— Проходите, садитесь, и перейдём к делу, – Виктор Иванович не давал мне возможности хоть как-то взять инициативу в нашей беседе. Я молча уселась на стул и посмотрела тренеру прямо в глаза.

— Что Ванька натворил? Пожалуйста, не выгоняйте его. Я все решу.

Тренер взглянул на меня с интересом.

— Ого. Да у нас тут решала нарисовался, – строго сказал он. А я ощутила, как раздваивается мой язык, и слюна наполняется ядом. Я ущипнула себя за ногу, лишь бы смолчать.

— Я сделаю все ради сына. Понимаю, что вы не одобряете материнского вмешательства. Я знаю, что Ванька непростой ребёнок. Но он замечательный. У него есть определённые сложности. Но в этом нет его вины. Он просто ребёнок. Которому многое пришлось пережить. Я сделаю все, что только нужно. Но он должен играть. Если он не будет самоутверждаться на стадионе, он найдёт другое место. И это может плохо кончиться. Я вас прошу. Не выгоняйте его.

Я замолчала и перевела дух. Тренер смотрел на меня внимательно.

— А где отец Ивана?

— Я не знаю. В душе не имею понятия, кто он, – вздохнула я.

Тренер посмотрел на меня с ещё большим интересом.

— О нет, вы не так поняли. Ваня – мой сын. Но он не родной. Я его опекаю. Мать он потерял. Ее убили. А кто отец – неизвестно. Никаких сведений нет. Я забрала его к себе, уже взрослым. Он знает, что он мне неродной. Собственно, мамой он меня не считает.