Книга Рассказочки от Заполярочки, страница 59 – Оксана Евгеньева

Через несколько месяцев он сделал ей предложение. От страха. От желания покрепче ее привязать. Она согласилась. Но не замуж, а вернуться к этому разговору попозже. Ему надо было оканчивать институт, ей тоже предстояла учеба.

Через три года они поженились. Свадьба была скромной, без лишней шумихи. Но разве это было важно? Вика принадлежала ему.

* * *

Сергей лежал в самой гуще дивана и перебирал воспоминания. Он чувствовал, что навсегда потерял жену, как только за ней закрылась дверь. Боль была невыносимой, необъятной. И как он это допустил? Дурак. Ведь она была его. Была. И ушла.

Лешку они хотели. Готовились. Вика что-то высчитывала, сидела на диетах, чистила организм. А потом плакала, потому что не получалось.

Сергей тоже начал терять терпение. Ну как так? Сколько можно еще ждать? Они уже давно были готовы.

Вика работала в больнице. Сергей резко пошел в гору. Это было неудивительно, он был очень упорным, потому что была цель – дать все. Положить к ее ногам целый мир, вселенную. Все, что она захочет. И в этом мире не хватало только маленького комочка. Они ждали. Очень.

А потом дождались.

Ее рвало сутками. От Вики остались только ребра и позвоночник. Глаза. Большие, глубокие, такие несчастные и в то же время счастливые. Она чувствовала себя не просто плохо. А очень плохо.

Капельницы не спасали. Огурцы не спасали.

Только корки черного хлеба под подушкой и таз у кровати. Две конфетки, чтобы было не так противно во время и после тошноты.

Вика держалась, а он терял терпение. Он и подумать не мог, что у женщин может быть столько трудностей. Она ходила в туалет по стенке. Иногда он носил ее на руках, потому что сил у жены не было.

Потом все резко закончилось. Она расцвела. Расправилась. И дома его уже встречал не синий таз у кровати, а целая сковорода картошки с грибами и укропом да горка котлет. И она ела. О Боги, как она ела! В три рта. Он только и смотрел на нее с удивлением – куда это все может поместиться? В ней же совсем нет места. Кости, глаза да аккуратная капелька живота.

Капелька.

К концу беременности она была похожа на капитошку. Ворчливая капитошка, которая еле переставляла ноги. Он старался облегчить хоть как-то ее положение. Но облегчать было тяжело. Он реально боялся, что одно неосторожное движение, и Вика лопнет.

Сергей помнил, как врач сообщил им, что будет мальчик. Даже что-то показывал на сером экране монитора.

— Видите, вот его ручки. А это то самое, достоинство его.

Сергей кивал. Но хоть убей, видел только серый экран.

А Вика лежала на кушетке и роняла слезы. Она вообще много плакала тогда.

А он улыбался. Сын. Пусть сын. А потом и за дочкой сходят.

Алешка ворвался в их жизнь внезапно. И все перевернул с ног на голову. Он был требовательным, крикливым, но невероятно любимым. Невозможно представить, что где-то могли прятаться такие чувства – безграничной отчаянной любви.

Когда родился Алешенька, Сергей понял все. Смысл жизни стал физически объяснимым. Вот он: сын, жена. Семья. Вот весь смысл его жизни и стремлений.

И он начал стремиться еще больше, в то время как Вика утопала в материнстве.

Он не видел ее отчаяния. Усталость – да. Безграничную любовь к их ребенку – да. А больше ничего и не видел.

Наверное, тогда все и началось у нее. Вся эта «женская фигня», как он называл.