Книга Ты подчинишься, страница 34 – Алекс Хант

— Надо же. Служба сопровождения. А мне казалось, за двадцать тысяч в месяц мне светит махать шваброй.

— Ты так любишь уборку? Могу пересмотреть планы.

— Нет. – Жестко. – И я спрашивала про другие правила. Которые Вы, Николай Максимович, хотели озвучить в этом кабинете. Сегодня.

Оперся предплечьями на столешницу, также подаваясь вперед. Еще чуть-чуть, и можно будет столкнуться носами.

От Дианы пахло клубникой.

Забавно. Гель для душа? Конфетка?

Сладкая девочка.

— Ты же понимаешь, что если мы начнем эту игру, пойти на попятную будет нельзя?

— Считайте меня продажной девкой, которую интересуют только деньги. – Она даже не отстранилась!

Дернул уголком рта, возвращая собственное тело в кресло.

Интересно. Очень интересно.

Она действительно пришла к пониманию того, что ей следует быть паинькой или просто пытается делать вид?

— Я буду требовать послушания. Любой мой приказ должен исполняться беспрекословно.

— Рамки?

Деловой подход. Нет сразу согласия или отрицания.

Взмахнул рукой.

— Будут прописаны в контракте.

— Мы подпишем договор?

— Без него никуда. Так каждая из сторон будет, скажем так, осведомлена, как следует поступать в той или иной ситуации.

— На бумаге будут прописаны правила и запреты?

Кивнул.

— И я могу вносить правки?

— Пока не придем к окончательному согласованию.

— Могу я узнать в общих чертах, что из себя представляют эти самые правила? И что будет требоваться от меня? Послушание – очень расплывчатое понятие. Здесь можно довести до абсурда. Вплоть до сигануть с крыши.

— Сбрасываться с высотки тебе никто не прикажет. – Какая она все-таки забавная! Забавная и серьезная. Вон, пусть и хочет строить из себя шишку на ровном месте, гнуть свою линию, но забывает, что находится на моей территории. Где главный я. И только я решаю, когда стоит уступить, а когда продавливать до конца. – Никакого вреда здоровью, что привело бы к необратимым последствиям.

— А не необратимым?

Зрит в корень. Пятерка.

— Давай начнем с твоих табу. Что для тебя неприемлемо?

— Все, что я скажу, попадет в контракт?

— Если я посчитаю, что это удовлетворит нас обоих.

— То есть, я в любом случае в проигрышной позиции?

— Ты будешь получать за мои прихоти деньги. Кажется, за ними пришла? Не такая уж и проигрышная позиция.

— Сроки также будут прописаны четко?

— Да.

— Возможность досрочного расторжения договора?

— С возращением авансовых платежей – конечно.

— То есть, иными словами, я, допустим, простою на коленях определенное количество времени, получу за это деньги. Потом последует приказ, который покажется мне невозможным. Я захочу разорвать нашу договоренность, но стану свободной, только когда верну то, что уже получила?

— Для этого и нужен договор, Диана. Подписывая бумаги, ты сознательно идешь на то, что там будет прописано. Если во время исполнения договорных обязательств возникнет желание разорвать его… я никого не держу. Но и неустойку потребую.

— Шаг влево, шаг вправо… Насколько далеко можно будет отходить от написанного на бумаге?

Нахмурился.

А вот этого я не ожидал.

Совсем не ожидал, что Боталова будет задавать такие точные и неудобные мне вопросы.

Ее кто-то надоумил? Откуда знает лазейки? Еще до того, как увидела текст?

— Давай сначала обговорим табу. Может, поймем, что дальнейший разговор и не будет иметь смысла?