Книга Большая охота Крика, страница 176 – Саша Хеллмейстер

Он не стал напоминать, что отец уже намекает на замужество с одним из мужчин в общине, Кокни Мэрилендом. Он куда старше Элис и истово следует своему религиозному пути. И к тому же кто возьмет ее замуж такой: не красавица, с заметной полоской шрама под носом после операции – Элис родилась с заячьей губой… Действительно, кому она нужна, кроме него.

Он хотел бы, чтобы больше – никому.

* * *

В Эль-Пасо на берегу реки Рио-Гранде велась большая стройка. Для того чтобы попасть туда на работу, братьям Каллигенам пришлось исколесить весь Западный Техас, покинуть север штата и оставить за плечами родных и близких на долгих четыре месяца.

Близилось Рождество, у обоих настроение было замечательным. За каждый месяц им платили порядка трех штук: сумма весьма достойная, но и за работу непростую. Строили огромный пятизвездочный «Плаза Отель», готовый вместить около полутора тысяч отдыхающих. Одни рабочие рыли котлованы для комплекса бассейнов, другие закатывали территорию вокруг под лужайки, третьи размечали поля для гольфа. Сама стройка, огражденная высоким щитовым забором, высилась уже до двадцать четвертого этажа. Адам и Теодор работали монтажниками и для скорости частенько снимали страховку: начальник их смены доплачивал за это и был очень доволен, что его объект всегда сдается с упреждением по времени.

Глядя на панораму Эль-Пасо, раскинувшегося совсем под ногами, одинаковые как две капли воды Каллигены в оранжевых касках и рабочих жилетах, в нескользящих перчатках и с широкими улыбками на лицах наслаждались высотой и ветром. Они шутили, что сюда для особо опасных работ нужен молодой муж их кузины – Кит Крейн. Этот отмороженный никакой высоты не боится.

Дни они заканчивали полумертвыми от усталости, но довольными – играли в карты, читали книжки и скучали по друзьям. Жили в трейлерах вместе с другими строителями, трудились по сменам, скучали по дому и планировали перед Рождеством – если уложатся в срок по своему объекту – отправиться домой. Но Адаму предложили кое-какую халтуру, и он остался, отослав домой брата.

В седьмом часу утра в тот день начальник смены дождался, когда Каллиген спустится по стропам и распишется в журнале. Было солнечное утро, не предвещающее никакой беды. В Южном Техасе, если судить только по погоде, бед вообще не должно было случаться… но небо потускнело, а мир вокруг превратился в грязный ватный ком, который Адаму затолкали в уши. Им обложили со всех сторон, спеленав его по рукам и ногам.

Мистер МакРиди передал Каллигену трубку. Адам устало привалился к стене, даже не глядя на то, с каким вниманием МакРиди застыл неподалеку, чтобы послушать громкий, отрывистый голос Теодора.

Мир выцвел и перестал существовать, в голове пульсировало: это случилось. Он почему-то был уверен, что однажды так и будет, но, когда страх подтвердился и навалился тугим комом на горло, эмоции куда-то исчезли. В сухом остатке – только тупая боль в груди и сдавленный кадык, а еще почему-то мокрые щеки.

Адам слушал быстрый, собранный, безэмоциональный доклад Теодора, будто тот зачитывал ему газетную вырезку про смену автобусных маршрутов.

— Элис умерла,– сказал Теодор без предисловий и тихо добавил: – Отравилась.

— Чем?

Дьявол, он сдурел?! Других вопросов больше нет?! Адам осекся, но было поздно, он свое уже спросил. Тео был спокоен: