Книга Осколки Северного Счастья. Том 2, страница 82 – Ульяна Муратова

Для меня увиденное было полной неожиданностью и шоком. Вот чего ему не хватало? Ведь у нас всё было прекрасно. Или так казалось только мне? А как же его слова о любви? Горечь предательства и жгучая обида растекались по телу. Меня бросило в жар. Хотелось раскричаться, стукнуть кого-то молнией, разукрасить лицо этой девице. Не для того, чтобы заявить на него свои права — после увиденного он мне больше даром был не нужен. Просто для поднятия настроения. Ему же хотелось не только расцарапать лицо, но и отрезать всё лишнее. Начать с языка, а дальше двигаться сверху вниз.

И ради вот этого я позорилась у алтаря? Ради этого изменила планы и не поехала в Альмендрию? Правильно говорила мне бабушка: бабы дуры не потому что дуры, а потому что бабы.

В груди гулко стучало сердце, Аренвольд ехидно улыбался.

Меня замутило. К горлу подкатил комок, но плакать на людях было не в моих правилах.

В тот момент, когда я уже сделала шаг назад, чтобы уйти, девица удостоила вниманием наше появление и томно прижалась к моему спящему мужу.

— Я сказал отвали, я женат, — заплетающимся голосом отреагировал он и отпихнул девицу от себя так, что та вместе с простынёй слетела с кровати с противоположной от мужа стороны. От неожиданности я передумала уходить и разводиться.

Я подошла к кровати и потрясла его за плечо.

— Ирт?

— Да отстаньте вы, что за нахальные развратные девки в этом клане, лезут и лезут! — пьяно возмутился муж, отпихнув ещё и меня. С размаху осев на филей и место обиталища души по совместительству, я расхохоталась.

— Ирт, это я, Карина, пойдём домой, — позвала я сквозь смех. — Тут тебе, кажется, поспать не дадут.

— Кари? — продрал он глаза. — Они ко мне приставали! — с такой искренней обидой нажаловался он, что меня накрыло новым приступом смеха.

— Бедный ты мой, нелегко тебе пришлось! — утирая выступившие слёзы, посочувствовала ему я.

— Беспардонные девицы унесли мои штаны, — он еле ворочал языком и имел при этом вид обиженного дитя. До этого момента выпившего Ирта я не видела, и выглядел он уморительно.

— Ну ничего страшного, мы тебе новые найдём. А те штаны мне всё равно не особенно нравились. Мне кажется, что тебе стоило их выкинуть лет десять назад. Думаю, уже тогда они были кандидатами на выброс.

— Кари, я тебе не изменял, — не очень членораздельно, но очень искренне сказал муж.

— Это я уже поняла. Пойдём домой.

Поднимать Ирта пришлось брату, я бы с такой шатающейся тушей не справилась. Когда мы уходили, я взглянула на недовольное лицо Аренвольда и сказала:

— Спасибо, что проводил. Со всем остальным разберётся Ирт, когда проспится, — мои последние слова явно не пришлись бывшему жениху по вкусу, но его ответа я уже не услышала.

Сгрузив пьяное тело на кровать, Иргольд замялся у двери.

— Может, и лучше, что мы его забрали. Как-то это всё было слишком нарочито. Ирт не такой. Никогда в изменах замечен не был, а к тебе у него сильные чувства.

— Для чего они это сделали? — тихо спросила я, понимая, что сегодняшняя ночь могла стоить нам с Иртом отношений.

— Возможно, хотели иметь рычаг давления на него. Он не скрывает своего отношения к тебе, а зря. Могли шантажировать его тем, что расскажут тебе о ночи с другой девицей. Могли предложить такое гостеприимство без всякого умысла, а уже Аренвольд проявил инициативу и решил потешить своё самолюбие. Видела бы ты его предвкушающее лицо, когда ты вошла в спальню. Возможно даже, что это его месть тебе, а не Ирту.