Книга Огненные крылья Демона Пустыни, страница 10 – Ульяна Муратова

Я села и завизжала изо всех сил, прижимая покрывало к груди. Рептилия зашипела, приподняла голову и показала острые изогнутые клыки. Глаза-бусины блестели в свете луны. Гибкое тело складывалось кольцами в опасную пружину, змея готовила атаку. Крик разрезал тишину, я вскочила и выставила перед собой покрывало как щит. Гадина и не думала пугаться, угрожающе шипела и ползла на меня. Наверху что-то громыхнуло, пробухало по лестнице и влетело в комнату в виде разъярённого Ирихана.

Змея зашипела так, словно жаловалась, ещё и хвостом в меня ткнула. Я сначала подумала, что у меня галлюцинации, но маг, кажется, слушал шипение.

— Это гишина, её зовут Ньока. Она живёт в доме. Пожалуйста, не надо на неё орать, — зло процедил Ирихан.

— Она не опасна?

— Она? Нет. Она не заявляется ко мне в комнату без спроса и не орёт по ночам. Ловит пауков, грызунов и разных насекомых в доме.

— Извините. Я не знала… Она точно не навредит?

Мне показалось, что змея закатила глаза, затем демонстративно вильнула гибким телом и с достоинством выползла из комнаты, на прощание махнув хвостом. Клянусь, она показала мне средний палец на змеином.

— Ирихан, простите, я не знала…

— Спите, госпожа Лия, лунной вам ночи! — он зашипел громче змеи, но хоть средний палец показывать не стал.

Или просто не умел?

Я осела на постель и снова завернулась в покрывало. Змея в качестве домашнего питомца? Это не настолько уж неожиданно... Даже в российских широтах люди держат террариумы. Так что с обычной змеёй я бы ещё смирилась, но вот нахалка с дерзкими жестами хвоста — это уже хуже. Так недолго и змеефобом стать. Или как там правильно? Офифобом. Хотя это скорее звучит, как страх офисов. Впрочем, многие офисы — те ещё серпентарии…

Вздохнув, я снова растянулась на кровати. Думаю, что если в спальню заберутся бандиты и пауки, то Ирихан меня спасать больше не придёт. Или сначала спасёт, а потом пристукнет. Время тянулось и тянулось… Внезапно за окном начало светать, небо сначала посерело, а потом налилось насыщенной рыжиной. Желтые пески пустыни зазолотились в свете восходящего солнца. Из окна не было видно самого восхода, только игру света на барханах. Когда небо налилось лазурью, я надела подсохшую за ночь рубашку, подвязала её поясом от халата и прислушалась. Кажется, на первом этаже кто-то шумел. Гулять без разрешения хозяина я сочла невежливым, но вдруг это он готовит завтрак? Мысль о еде подгоняла лучше всякого стимула.

Ирихан действительно нашёлся на кухне.

— Доброго утра, — вежливо поздоровалась я, замерев в дверях.

— Дождливого, — буркнул он. — Проходите и садитесь. Завтрак почти готов.

Маг ловко поставил передо мной чашку с горячим густым варевом, а сам занялся сковородой, на которой шкворчала яичница с гигантскими желтками, каждый размером с мужской кулак. Напиток оказался сладким, по консистенции больше напоминал жидкую кашу. В нём было что-то и от какао, и от фиников, и от шоколадного киселя.

— Как вкусно! Что это?

— Куни́ва. Сорт фиников, их измельчают и заваривают.

— Очень вкусная куни́ва. Как кака́ва, — улыбнулась я, но он так и остался стоять спиной к столу. — Если вы покажете, какие продукты можно брать, то я с удовольствием что-то приготовлю. Люблю готовить.

— Можете брать на кухне, что хотите, и делать, что заблагорассудится. Только продукты не надо портить, — он на секунду замер и тяжело вздохнул. — Прошу прощения за вчерашнюю реакцию, я не хотел причинить вам вреда.