Книга Триада, страница 119 – Ульяна Муратова

— Потому что я уже всё решил, — заявил Фарай, развернулся и ушёл.

Джас махнул на прощание и двинулся следом. Все ушли, мы остались втроём.

— Вот теперь я хочу есть, — сказала брюнетка.

Я завернула в полотенце тарелку с остатками снеди, просунула её сквозь решётку у смежной стены и пододвинула к Шуре. Огневичка смогла дотянуться и поблагодарила:

— Спасибо. Вы, кстати, не замечали, что камеры тут вполне комфортабельные?

Камер было всего пять, и располагались они буквой «П». По длинным стенам по две небольших и одна — просторная, на дальней стороне от входа, — которую занимала я.

— Предположу, что это для своих или знати, тут же мало камер. А для всех остальных наверняка есть городская тюрьма, — сказала я, собирая вторую тарелку, для Алёнушки.

— Видимо. Мы с Джасом даже уместились на постели вдвоём, — сказала Шура.

— И как? Он к тебе приставал? — тихо спросила Алёнушка, забрав свою порцию.

— Приставал, ещё как, — фыркнула Шура.

— А ты? — целительница подошла к решётке, взялась за неё руками и с тревогой посмотрела на огневичку.

— Да, как всё прошло? — с любопытством спросила я.

— Да отлично. Он мне отлизал, я ему отсосала. Понравилось до усрачки, всем рекомендую, — Шура пожала плечами и принялась за еду.

— Шура, ну как ты можешь так грубо говорить! Он же тебе нравится! — насупилась Алёнушка.

— Нравится — не то слово. Хорошо, — покорно вздохнула Шура, отставила тарелку и проговорила нарочито елейным голосом: — Я нежными поцелуйчиками целовала его сладкую писечку, а потом он пальчиками и язычком щекотал меня между ножечек, пока я немножечко не кончила два разика. Так лучше?

Алёнушка надула губы и отвернулась.

— Нет, ну серьёзно! Какая разница? От слов смысл не меняется.

— Очень даже меняется! — возразила Алёнушка.

— А вот и нет, — фыркнула Шура. — Слова — это вообще шелуха. Главное же то, что под ними имеется в виду.

— Неправда! — воскликнула целительница.

— Алёнушка, ты очень умная. Такая умная, что хочется взять автограф и как музыку слушать твои интеллектуальные речи, — с сарказмом сказала Шура. — Вот, слова отличные, но лицо у тебя какое-то недовольное. Что и требовалось доказать!

— Девочки, перестаньте. И без того голова раскалывается… Что за заклинание такое отвратительное? Правду говорить должно быть легко и приятно… — посетовала я, потирая виски.

— Добро пожаловать в реальность, Вероничка, — хмыкнула Шура и продолжила есть.

— Думаешь, нас реально спасут? — я обхватила себя за плечи и посмотрела на подругу. — Понятно, что вы своим Истинным нужны. А я? Я — лишний балласт.

— Начнём с того, что Алёнушка тебе жизнью обязана. Если бы не ты, я б её зарыла в пустыне. Это первое. Ты — моя подруга, без тебя я никуда не двинусь. Это второе. Мне кажется, что Джас ситуацию прекрасно понимает и знает, что реши он тебя кинуть, я ему такого фортеля не прощу. Но дело не только в этом. Ты видела, какими глазами на тебя вчера Драхир смотрел?

— Какими? — напряглась я.

— Тебе удалось зацепить его за любопытство. Знаешь, есть мужики, которые клюют на морду лица и тело. Им вообще срать, есть у тебя что-то в голове или в душе. Они потом всегда очень удивляются, когда оказывается, что их женщина — человек, причём не всегда хороший. Как так, они ж тело выбирали, а не человека, что за подстава? А Рах — он не такой. Ему интересно рядом с тобой, вот он и смотрит. Он с самого первого момента расстроился, что ты не его половинка. Скажи?