Книга Госпожа Туманова. Коллекция проклятий, страница 71 – Сандра Барро

— Полина Андреевна... как вы думаете, бабушку уже похоронили? Я всё молюсь, чтобы её душа нашла упокоение после всего, что она сделала. Вздрогнув, я внимательно вгляделась в лицо подопечной.

— Думаю, что да, Ольга Захаровна. Вы терзаетесь, что не смогли быть на похоронах? Не стоит. В свете знают, что вы были тяжело больны. Это более чем уважительная причина, поэтому никто вас не осудит. Девушка покорно склонила голову, и я увидела, как на тонкие пальцы упали крупные капли слёз.

— Я так благодарна вам, дорогая Полина Андреевна. Бедный мой братец... столько бед на одни плечи. Смерть матушки, Лизы, болезнь бабушки. И вот я... я ведь почти покинула его. Если бы не ваше вмешательство, Григорий точно умер бы от горя. А ведь он так молод. Он и не любил ещё никогда по-настоящему. Ах, как я хочу, чтобы всё наладилось! Сердце сжалось. Я подошла и мягко обняла пытающуюся сдержать слёзы Ольгу за плечи, чувствуя, какая она на самом деле хрупкая.

— Не печальтесь, графиня. Теперь всё будет хорошо. Беда прошла стороной. Она вскинула на меня заплаканные глаза. — Нет-нет, прошу вас, не называйте меня графиней! Давайте оставим эти церемонии. Мне так хочется быть вам подругой. В сёстры я не набиваюсь — никто и никогда не заменит мне Лизоньку... Но, пожалуйста, не отказывайте. Давайте перейдём на «ты»? Я улыбнулась и осторожно вытерла большиим пальцем слезинку с её щеки. Между нами было около десяти лет разницы, но в этот миг мне показалось, что мы ровесницы. Горе и потери уравнивают быстрее любых прожитых лет.

— Я согласна, Оля. Тем более мне в этом огромном городе тоже очень одиноко. Скоро весна, а мне даже не с кем прогуляться по набережной или заглянуть в кондитерскую. Я очень рада твоему предложению. Только больше не плачь, договорились? Оля слабо улыбнулась в ответ, совсем неаристократично шмыгнув носом.

— Надеюсь, скоро нас навестит твой брат, — добавила я, стараясь перевести тему в более спокойное русло. — А может быть, и подполковник Соколов. Всё-таки я состою на службе в ведомстве, и мой начальник не имеет права надолго оставлять своего архивиста без дела.

При упоминании Арсения Николаевича сестра камергера вдруг заметно порозовела, а её взгляд на мгновение стал мечтательным. Я лишь утвердилась в своей догадке: эти двое были далеко не так равнодушны друг к другу. И, видит Бог, после всего пережитого они оба заслуживали этого простого земного тепла.

— Как я тебе завидую, — Оля вздохнула, поправляя кружевную манжету. — Ты можешь заниматься настоящим делом, приносить пользу. Многие вдовы после траура проводят дни в праздности, только и помышляя, как бы поскорее отыскать нового мужа.

Невольно хохотнув, я представила себя в роли охотницы за столичными женихами. — Нет, Оленька. Замуж я больше не собираюсь. По крайней мере, в ближайшие годы уж точно. Графиня удивлённо вскинула брови, в её чистых глазах отразилось искреннее непонимание.

— Ты... ты разве не любила своего мужа, Полина? Я тут же спохватилась. Статус вдовы был моей бронью, и давать в ней трещину было нельзя. Я мгновенно надела на лицо привычную маску светлой грусти.

— Конечно, любила, дорогая. Но прежде всего, я глубоко уважала его. И сейчас даже помыслить не могу о том, чтобы связать себя новыми узами. Сердце всё ещё кровоточит, понимаешь? Так что на данный момент для меня существует только работа. Которой Арсений Николаевич загрузил меня с первых же дней пребывания в столице. И словно в подтверждение моих слов, в прихожей раздался бодрая трель звонка. Послышались приглушённые голоса, тяжёлые шаги, и в дверях гостиной вырос Степан.