Книга Ксения Чуева. Шепот касания, страница 115 – Эва Гринерс

— Ты не представляешь, насколько это страшно, — наконец сказала я.

Голос прозвучал глухо.

— Представь самое ужасное, что только можешь вообразить. А потом пойми, что всё это существует здесь и сейчас, и всегда.

Матвей медленно погладил меня по волосам.

— Расскажи, милая. Я постараюсь понять.

— Я видела их.

— Ведьм?

— Нет. — Я покачала головой. — Не только. Была одна, но дальше

Я отстранилась и посмотрела ему в лицо.

Серые глаза внимательно смотрели на меня. Сейчас он был уже не просто возлюбленный, а начальник одной из стражниц. Мы теперь были на службе.

— Что именно вы увидели?

Я подошла к столу

А на полу, прикрытый полотенцем всё ещё лежал огарок свечи.

От одного взгляда на него по спине пробежал холодок.

— Этот дом.

— Дом?

— Без окон.

Я медленно провела ладонью по лбу.

— Будто слепой. Понимаешь? Огромный. Чёрный. И внутри...

Горло внезапно пересохло. Матвей молча налил мне воды.

Я сделала несколько глотков.

— Внутри был шабаш.

Он не перебивал. Не торопил. И от этого говорить становилось легче.

— Там были десятки женщин. Может быть, сотни. За разные годы. За разные века. Я даже не знаю.

Я поставила стакан обратно. Пальцы дрожали.

— А потом я увидела её.

— Нашу ведьму?

— Да.

Я поморщилась.

Даже вспоминать это было трудно.

— Только без человеческого лица.

Матвей нахмурился.

— Что значит без лица?

— Она его сняла.

Тишина.

Только часы на стене продолжали мерно отсчитывать секунды.

— Сняла? — переспросил он.

Я кивнула.

— Как маску. Содрала с себя клочьями и бросила под ноги.

И впервые за весь разговор увидела в его глазах настоящий ужас. Потому что он понял: я не преувеличиваю. Я не просто испугалась.

Я действительно увидела нечто такое, чего видеть не следовало бы никому.

— Матвей.

Я подошла к нему снова.

Взяла его за руку.

— Нам нужно действовать как можно скорее.

Он молчал.

— Это не просто ведьма.

— Я уже понял.

— Нет. Не понял.

Я покачала головой.

— И я до конца не поняла. Но там что-то гораздо хуже. Намного хуже. Там бездна этой нечисти, поверь мне.

Он несколько секунд смотрел мне в глаза.

Потом медленно накрыл мою руку своей.

— Хорошо.

В его голосе появилась та спокойная твёрдость, за которую я когда-то и полюбила его. Не считая его глаз, с такой любовью смотревших на меня из глубины веков.

— Тогда будем действовать быстро.

И только после этого я впервые почувствовала, что мне действительно стало немного легче.

Я опустилась на диван и невольно потерла виски.

Голова уже не болела так, как ночью, но где-то глубоко внутри всё ещё оставалось ощущение тяжёлого чужого взгляда.

Матвей заметил это сразу.

— Аделаиде нужно помочь, — сказала я.

Он сел рядом, чуть повернувшись ко мне.

— Я уже сделал всё, что возможно.

— А что? Как хорошо, когда можно помочь

— Я уже послал к ней Левицкого.

Я подняла голову.

— Степана Ильича? Он уже вернулся?

— Да.

В уголках его губ появилась едва заметная улыбка.

— Если кто-то способен поставить на ноги человека после встречи с любой дрянью, то это он.

— Она ему ещё голову заморочит.

— Непременно, я уже это понял.

— И карты предложит.

— Тоже не сомневаюсь. А он будто бы против.

Несколько секунд мы оба молчали.

Я вдруг поймала себя на том, что улыбаюсь.

После всего пережитого это казалось почти невозможным.

— Спасибо, — тихо сказала я.