Книга Лекарь слепого генерала, страница 150 – Елена Смертная

— Есть один способ, который позволит Леогарду вернуться.

— Какой?! — я вскрикнула со всей готовностью и небывалым остервенением, дрогнула и резко повернулась. В моих глазах сейчас явно можно было прочесть гремучую смесь надежды, боли и безумия.

— Он доступен лишь твоей душе, ведь ты уже должна была закончить свой путь.

— Я сделаю всё, что нужно!

Старушка помедлила, прежде чем горестно, но твердо произнести:

— Ты можешь остаться здесь вместо него.

На какое-то время я потеряла дар речи. Иступлено смотрела на женщину и не понимала: правильно ли расслышала. Нет, мой пыл не охладили резким жестким предложением. Решимость никуда не ушла. Однако любой на моём месте растерялся бы.

— Остаться… вместо него? — тихо переспросила я и перевела взгляд на лицо Леогарда. То было умиротворенным, ни единый мускул уже не дрожал. Казалось, жизнь покидает его, и вот-вот окончательная смерть оставит свой могильный отпечаток на моём любимом муже. Плевать, что сейчас я лишь душа без тела, а Лео официально «женат» лишь на Эванджелине. Он всё равно только мой.

— Именно так. И решать нужно скорее. Если он покинет чистилище — я уже ничем не смогу помочь.

Проводница душ не давила, не подгоняла. Её голос вообще лишился любых оттенков. Это решение должно быть только моим. Никто его не одобрит, и не осудит. Не факт, что Лео вообще вспомнит, кто я такая на самом деле.

— Подумай хорошо, Виктория, — продолжила женщина с поучительной ноткой, но я смиренно перебила её:

— Тут и думать нечего. У нас ведь нет других вариантов? Вернуться может только один?

Я не отрывала взгляда от моего дорогого Леогарда. Моя ладонь легла на его щеку. Та становилась всё холоднее. Стало так жаль все те дни, которые мы провели порознь или в ссоре. Нам было отведено так мало времени вместе... до несправедливости мало.

— Да. Боюсь, всё так, — негромкий голос стал самым звонким и жестоким приговором.

Но мне не нужно было думать. Не было сомнений, страха и мук. Я знала ответ.

— Подумай, достоин ли он этой жертвы?

Опять они это говорят. Глупые…

— Дело ведь не только в Леогарде, — я вновь мягко провела по лицу мужа подушечками пальцев. — Престон ждёт отца. Какое будущее ему смогу дать я, даже если вернусь в тело его мачехи? Деньги заберет убийца. Да и хоть я люблю моего мальчика, я ему не родная мать. Его должен растить папа, подавать ему пример: как быть мужчиной. Я уверена, что дала Лео всё, чтобы он нашёл в сыне силу, опору и любовь. Без меня они справятся, а вот наоборот — вряд ли. Я с самого начала была мостиком, который должен был свести отца и сына. И раз такова моя судьба, я останусь верна своему делу до конца.

Ненадолго повисла тишина, которую нарушал лишь совсем тихий треск в камине. Я посмотрела на огонь. Он явно отражал жизненную силу Леогарда. И от этого пламени почти ничего не осталось.

— Могу я попросить об одном одолжении? — я произнесла это с мягкой улыбкой, хотя на глаза и накатывали слезы.

Но умереть за любовь проще, чем жить без любви.

— О чём?

— Можно мне поговорить с Леогардом? Рассказать ему всё? И сделать так, чтобы он не забыл меня снова?

— Боюсь, последнее я не могу позволить.

— Пожалуйста, — с искренней мольбой в глазах попросила я, глядя точно в глаза этой строгой женщине. — Мне не нужно, чтобы он помнил о моей жертве. Я просто хочу, чтобы он знал, что любил меня. Что изменила ему Эванджелина, а я — была верна всё то короткое время, какое было нам отведено.