Книга Очень приятно, бездомный тэнгу, страница 79 – Чайный Лис

От его слов Акико только нахмурилась:

— Примерно или помнишь?

Он рассмеялся:

— Не беспокойся, почти дошли, — а затем прищурился и попытался высмотреть кои. — Никто же не потерялся?

Забеспокоившийся о чести морских ёкаев и своей госпожи, Ёске смущённо заговорил:

— Принцесса Хачими не теряется.

— Только в сети попадается? — усмехнулась Акико, на её лице появилась жуткая широкая улыбка, которая пугала Хару, но благо, тот спал. Расслышав её слова, Хотару захохотала на весь лес, перебудив птиц и спящих зверьков.

— Верно-верно! — сквозь слёзы смеялась она.

Незаметная в ночи, смущённая и рассерженная принцесса Хачими надула губки, причмокнула ими, но отвечать не стала. Нормально её видел только Ёске, стоявший ближе всех, он тоже почувствовал себя оскорблённым. В отличие от тихого Хибики, который не любил много болтать, Ёске славился невероятно скромной натурой и зачастую боялся открывать рот, но не мог так оставить оскорбление одной из принцесс кои. Он выступил вперёд, приблизился к остальным и смущённо потребовал:

— И-извинитесь.

Акико и тэнгу, более-менее видевшие его лицо в темноте, не удержались и рассмеялись, кто тихо, кто громко.

— Только из-за тебя, Ёске, я приношу извинения принцессе Хачими, — хихикнула Акико, как вдруг Хару дёрнулся и что-то пробормотал. Смеясь, Сота неплохо встряхнул его, что выкинуло из сна, но тот приоткрыл глаза совсем ненадолго и вскоре вновь задремал.

Не желая и дальше позориться, к ним подошла принцесса Хачими и произнесла:

— Я принимаю твои извинения.

Её голос едва не дрогнул, но она заставила себя произнести это спокойно. Успокоившись, путники тронулись дальше, но на этот раз Хотару отлипла от Асахи и замедлилась, дожидаясь, когда Акико поравняется с ней. Однако и та, заметив это, не спешила, её уже даже Сота с Хару на спине и Хибики обогнали. Хотару вздохнула, шмыгнула между ними и подошла к Акико со словами:

— Ты что, избегаешь меня?

В голове она определённо не так планировала начинать диалог, но что-то пошло не так. Акико пожала плечами, а заколки слегка зазвенели в её волосах:

— Я думала, что не нравлюсь тебе. Когда домой планируешь?

Хотару важно фыркнула. В отличие от спокойного голоса Акико, её звонкий разносился по всей округе. В тиши ночи слышались лишь звуки от шагов, шелест сухих листьев под ногами, хруст отдельных веток и громкую Хотару.

— Я не говорила, что ты мне не нравишься! — воскликнула она. — Поначалу да… мне не понравилось, что ты крутилась вокруг моего брата, но ты весёлая. А домой я вернусь после того, как буду уверена, что Хару в целости добрался до деревни.

— Не переживай, Хотару, мы почти! — ободряюще крикнул ей идущий впереди Асахи.

— Ты это всю дорогу говоришь! — фыркнула в ответ Акико, а Хотару лёгонько толкнула её в плечо:

— Вот-вот, ты не боишься высказывать свои мысли. Я, конечно, тоже, но это вызывает восхищение.

Однако на этот раз Асахи оказался прав. Деревья начали редеть, вскоре за ними показались первые домики. Нигде не горели фонари, жители давно легли спать, однако Асахи уверенно шёл вперёд и оглядывался по сторонам. Он миновал все маленькие домики и приблизился к одному достаточно крупному, даже двухэтажному. Этот дом оказался единственным, где ещё горел один фонарь.

Асахи зашёл внутрь, где подошёл к сидящему человеку: