Книга Между мирами и нами, страница 87 – Юлия Александровна Васильева

— Так-так, Алессар, двадцать лет, студент, будущий охранник предприятий.

Врач хмыкал, мычал, затем взял другую такую же карту.

— Юнда, девятнадцать лет, студентка, будущий лаборант. Знаете, что у вас общего?

— Любовь? — предположил Алессар.

— Нет, вы очень больны, но это лечится, — доктор хлопнул в ладоши. — Для вас будет три палаты. Пройдёте — выйдете. Нет — останетесь здесь на принудительное лечение.

— Какие ещё палаты? — спросила Юнда.

— Узнаете. Первая дверь — направо. Не заблудитесь.

Он щёлкнул пальцами, и нужная дверь приоткрылась. За дверью оказался стерильный, стеклянный, с панорамными окнами идеальный офис. В офисе: аккуратно расставленные столы с ноутбуками, кресла на колёсиках, кулер с водой и табличка на стене: «Время — деньги, не трать их впустую».

За центральным столом сидела девушка, похожая на Юнду, но только собранную, как пружина. Волосы уложены в пучок, строгий, идеально сидящий костюм, никакой косметики — только усталость под глазами и бесконечный поток цифр на экране.

— Вы кто? — спросила Юнда.

— Я — ты через десять лет, если продолжать в том же духе. Работаю по шестнадцать часов, сплю по четыре. Пью кофе вместо еды. Зарабатываю много, трачу ещё больше. Социальный лифт — это моя жизнь. Муж? Дети? Отпуск? — она засмеялась отрывисто, нервно. — Я занята. У меня отчёт.

— Это ужасно, — заметил Алессар.

— Это достижения, — ответила двойник. — Я купила квартиру, две машины. Езжу в отпуск раз в год куда захочу. У меня есть всё.

— Кроме счастья, — заметил Алессар.

— Счастье не входит в опцию «премиум». Оно для бедных.

Юнда подошла к своему двойнику, посмотрела ей в глаза.

— Ты несчастна.

— Я эффективна.

— Это одно и то же?

Двойник замешкалась. Курсор на экране замер.

— Я не знаю, ты ответь.

— Ты забыла, зачем всё это. Ради чего стараешься. Просто впахиваешь, чтобы было больше цифр на счету.

— А разве это не счастье? — двойник растерянно посмотрела на свои руки. — Я думала, оно так выглядит.

— Посмотри на Алессара, — сказала Юнда. — У него нет денег, но он счастлив.

— Потому что я дурак, — вставил Алессар.

— Потому что ты знаешь, что важно, — поправила Юнда. — Не цифры, а люди.

Двойник заплакала. Слёзы потекли по щекам.

— А если я остановлюсь? — спросила она. — Если начну работать меньше, зарабатывать меньше? Я не смогу купить новую квартиру, машину…

— А тебе нужна новая квартира?

— Нет, но так принято.

— Кем принято?

— Всеми.

— Будь собой, — сказала Юнда. — А не как все.

Двойник встала, сняла офисный пиджак, осталась в простой футболке.

— Спасибо, — сказала она. — Я попробую.

Она растворилась в воздухе. Офис треснул, как зеркало, и рассыпался.

— Ненормальная, — заметила Юнда, утягивая Алессара в коридор.

Следующей открылась дверь в какой-то храм. Ребята разглядывали высокие своды, запах ладана, иконы без лиц, свечи, которые не сгорают, и слушали едва различимое пение монахов в тишине. В центре зала, на коленях, сидел мужчина в рясе. Он был похож на Алессара, но с бородой и в сандалиях вместо кедов.

— Ты кто? — спросил Алессар.

— Я — ты через десять лет, если решишь, что мир — это иллюзия.

— И что, я уйду в монастырь?

— Нет, ты останешься дома, перестанешь работать и вообще что-либо делать. Скажешь: «Всё суета». Будешь лежать на диване, есть с помойки, копить счета за коммуналку и ждать просветления.