Книга Осколки вечности в Академии Судьбы, страница 156 – Елена Княжина

— Мы можем идти? — с надеждой выдохнула я.

— Можете… Но я хотел еще кое-что вам показать, леди Вероника, — Шо потянулся к коробке, лежавшей на краю дубового стола, и откинул крышку. — В ходе досмотра Университета в кабинете вашего отца обнаружены любопытные бумаги. Полагаю, граф перенес туда свой архив, мои помощники еще изучают расписки… А вот это — касается лично вас.

Одну за другой он вытаскивал из коробки вещи, как самый скучный фокусник в мире, и безэмоционально выкладывал на стол.

Мой именной жезл. Небольшой почтовый футляр, весь в старых потертостях — запечатанный магией с боков, но аккуратно вскрытый по центру. И какая-то гербовая бумага с золотистым напылением.

— Когда до меня дошел слух, что несколько девушек пропало из столицы в День единства, я первым делом наведался в банк, — карие глаза вцепились в мое лицо и не отпускали. — Морф сообщил, что все операции для мисс Честер успели провести. Счет открыт, средства зачислены, ценности сложены в ячейку…

Я растерянно проморгалась. После всех испытаний — жаждой, жарой, голодом, страхом — я успела забыть о своем визите в банк Эстер-Хаза. Словно вечность назад мы входили с Эвер под сверкающий свод и выкладывали драгоценности на бархатный поднос.

— А вот за жезлом хозяйка не вернулась, после чего тот и вовсе пропал, — Шо постучал палочкой по столу и протянул мне. — Граф хранил его при себе. Прямо рядом с завещанием, которое он каким-то образом выкрал из главного эстер-хазского архива.

— У папы были хорошие связи, — пробубнила я, забирая палочку. — Тесные, кровные, «братские»… Завещание? Чье?

— Содержание бумаги должно вас заинтересовать, — предположил Шо, потряхивая золотым листом. — Это магический завет, составленный леди Фелисити. Он копирует еще более старое завещание другой Честер. Не буду загружать вас витиеватыми формулировками…

Он сощурился, в который раз пробегая взглядом по блеклым строчкам.

— Тут четко сказано, что замок со всей его примыкающей территорией может принадлежать только тому, кто вписан в фамильную книгу и присоединен к роду Честер, — промычал Шо в губу. — Отчасти это было причиной, почему многие мужчины вступали в род, в котором обычно рождались девушки. Граф Ланге отказался прикрепляться к вашему древу…

— Папа слишком гордилсясвоими предками, — прошептала я, с трудом понимая суть беседы.

— Графиня или вовсе не знала о завете Фелисити, который тайно хранил у себя банкир, или умолчала о нем, чтобы сберечь имущество… Так или иначе, бумаги нашлись, — туманно объяснял следователь. — Недавно «Трибьюн» писал, что почившему графу наследуют супруга и сыновья — Аврелия, Элиас и Эмиль Ланге. Дочь он исключил из всех распоряжений еще в День Судьбы, накануне первой трагичной кончины.

Тогда же, когда закрыл мой именной счет, оставив в издевку единственный таврос. Я предала… Полюбила и предала. Отец вычеркнул меня не из завещания, а из жизни.

— Если верно помню, там довольно крупные счета, старое имение Ланге, частный дом в Лондоне, а также векселя и расписки… Однако замок Честеров может принадлежать только вам, — раскосые карие глаза вцепились в мой нос. — Ваша мать им не владеет уже несколько месяцев. Да и до этого леди Аврелия управляла им лишь на правах опекуна.

— Как? — я аж со стула подскочила.