Книга Мой. Чужой. Истинный, страница 74 – Анна Сафина

— Избавиться от ребенка в утробе не выйдет. Сила Полярника слишком велика, чтобы мы могли как-то повлиять на беременность.

— Так что тогда ты имеешь в виду под лечением?

— То, что мы обсуждали с тобой сегодня утром, Нереа.

— Лечение ликантропии?

Я нахмурилась, постукивая по коленям пальцами и начиная всё больше нервничать.

— Всё верно. Марилья — источник заражения, который нам нужно купировать.

— И как это поможет в том, чтобы Полярник не возродился?

Этого я никак не могла понять, так как нигде о таком не слышала, впрочем, как и о ритуале до недавнего времени.

— Никак, — покачала головой старейшина Айко.

— Но что тогда делать? — обескураженно переспросила я.

— Ничего, — как-то печальо ответила она. — Этим вопросом будут заниматься Совет Старейшин.

— А вы знаете, что они могут предпринять?

— К сожалению, да. Но убить они ни ее, ни ребенка не могут, так что наверняка будут держать в заточении, а когда мальчик родится… Боюсь даже представить, какие идеи могут прийти им в голову.

— Так может нам не лечить ее?

Это первое, что пришло мне на ум, но то, что я сморозила глупость, поняла почти сразу.

— Тебе не стоит жалеть ребенка. Это не невинная душа, а кровавый бог, который утопит мир в войне. Если мы не купируем ликантропию сейчас, то вскоре эпидемия охватит всё Содружество, и с каждым месяцем зараженных начнет становиться больше.

— А это армия Полярника, которая будет защищать его любой ценой, уничтожая всякую угрозу для него. Так что жалость в этой ситуации — неуместное чувство. Забудь о нем сейчас же.

Голос старейшины Айко стал строже и грубее, приобретая нотки властности, и я выпрямилась, вспоминая наконец, кто она такая. За эти дни я так расслабилась, что воспринимала ее, как обычную старушку, позабыв, что она — одна из уважаемых старейшин стаи. Просто так кого угодно на такие должности не назначают.

— Я поняла, старейшина, — согласилась я и кивнула. — Когда мы будем этим заниматься? По прибытию в столицу?

— Времени нет, так что как можно скорее. Когда Айвен и Артайус схватят Марилью, за нами пошлют Керука, и мы проведем лечение до отъезда. Нельзя везти ее в таком состоянии в столицу. Если там хоть кто-то заразится, начнется паника, и неизвестно, что случится.

Пока Айко говорила, Лаисса беззаботно наслаждалась овощами и улыбалась так, будто вокруг нас царили тишь да благодать. Словно ее не волновали мирские проблемы.

— Но это невозможно. У нас нет многих трав, которые нужно собираться ночью во время их цветения.

— Всё готово, — вдруг ответила Лаисса. — Или ты думаешь, я просто так слонялась по лесу всё это время?

— Да вы прямо читаете мысли друг друга, — удивилась я, а они лишь загадочно переглянулись и ничего не сказали, оставив этот вопрос висеть в воздухе.

Я бы, может, и устроила им допрос в порыве любопытства, но в этот момент раздался деликатный стук в дверь.

— Пора, — произнесла в гробовой тишине старейшина Айко и направилась к выходу первая.

Я встала и не сразу поняла, как сильно у меня дрожат колени. Серьезность ситуации выбивала меня из колеи, и я была не готова к такой ответственности. Больше всего на свете мне хотелось, чтобы здесь и сейчас с нами находилась Марта. Я привыкла быть ее подспорьем, а никак не главной травницей, от которой зависело лечение такой опасной болезни.