Книга Мой. Чужой. Истинный, страница 59 – Анна Сафина

Голова у меня при этом продолжала кружиться, и я обеими руками схватилась за Айвена, который и без того придерживал меня за талию. Прикрыв глаза, я пыталась привести себя в норму, чтобы весь обед не вышел наружу.

— Нагваль, трактирщик сказал, что все телепорты не работают, — раздался рядом тревожный голос одного из бойцов.

Мы оказались около гостиницы, которую, видимо, наши сняли на эту ночь, но сколько бы я ни оглядывалась по сторонам, кибитку с пленниками так и не обнаружила. Впрочем, как и остальных наших спутников.

— Да, мы уже в курсе. Что вам известно о бушующей в Анзании ликантропии? Мы только что были у центральных ворот, там идет штурм.

Айвен коротко ввел в курс дела нескольких самцов, которые вышли из гостиницы, услышав о нашем появлении, и среди них я увидела Гора, старейшину Айко и кузнеца Амирана, к которому она старалась держаться как можно ближе.

С тех пор, как мы отправились в путь, разговаривала она мало, была постоянно напряжена, словно чувствовала надвигающиеся неприятности. Вот и сейчас ее лоб пересекли морщины, а глаза выражали тревогу.

И это чувство передалось и мне, заставляя прижаться к боку Айвена плотнее. Приятно ощущать, что ты под чужой защитой. Больше не одна. Не беззащитна. Новое чувство, которое наполняло меня теплотой, и оттого я ценила его сильнее.

Пока волки обсуждали беду, которая пришла в Анзанию, я же пыталась усиленно вспомнить всё, что знала про ликантропию. В краях нашей стаи даже об одиночном озверении слышали лишь мельком, ведь последняя эпидемия подкосила волков лет сто назад.

Она была успешно подавлена с помощью самых талантливых целителей, которые разработали лекарство, позволявшее избавить зараженного от мутагена в первые двое суток после заражения. Вот только если город закрыли на карантин и не пускали, не выпускали отсюда ни одного жителя, это означало, что болезнь приняла большие масштабы. И это отнюдь не один, два зараженных самца. Они были подвержены этому заболеванию гораздо больше, чем самки, поэтому я с подозрением обвела взглядом всех тех, кто держать весь путь сюда с нами.

Самое опасное, что могло случиться — это быть укушенным ликантропом. Именно так и только так передается мутаген озверения. На моей памяти, никто из присутствующих не контактировал с чужаками, иначе бы я знала. Вот только я всё равно щурилась и пыталась вспомнить, жаловался ли кто-то на раны, хромал ли, страдал ли каким недугом в пути.

— А где медведи? — задал вопрос кто-то из бойцов как раз в тот самый миг, когда я подумала о том, что единственное, что выбивалось из распорядка — это первое превращение Керука.

— Сэл и Орсан отправились на их поиски в торговый квартал, — ответил за всех Эрл и обернулся, дернув ушами. — А вот и они.

В этот момент я посмотрела в ту же сторону и увидела, что в нашу сторону неспешным шагом идут четверо — Артайус, Керук и двое волков, отправленных по их души Айвеном.

Казалось, все они не в курсе того, что происходит. В походках ни капли напряжения, на лицах и во взглядах — ни толики страха. Они спокойно шли, нагруженные пакетами, а Артайус умудрялся даже насвистывать и что-то попутно рассказывать Керуку. Последний как раз выглядел мрачно, но что-то мне подсказывало, что его настроение совершенно не связано с бушующей в округе Анзании эпидемии.