Книга Мой. Чужой. Истинный, страница 18 – Анна Сафина

Ногицунэ были еще более редким явлением, чем якан. Старейшина Айко любила пугать нас страшилками про мстительных духов ногицунэ, которые рыскали в лесах под покровом ночи в поисках добычи, и если находили ее, то съедали живьем, раздирая тело острыми, как бритва, и ядовитыми когтями. Так щенков приучали не ходить ночью в лес. И только став старше, я поняла истинные мотивы старейшин. Щенки до определенного возраста не чуяли границ между стаями и могли случайно забрести на чужую территорию, или нарваться на недоброжелательных одичалых в людских землях.

— Красиво, — прошептала я, глядя на смертоносные движения Акайо.

Со стороны Айвена раздался ревнивый рык.

— Разве я не привлекательнее?

— Что-то я запамятовала, — улыбнулась я. — Разве я видела твой волчий облик?

— Когда всё закончится, я прокачу тебя на своей спине. Твои бедра оценят, насколько мягок и шелковист мой мех, моя масойя, — прошептал мне на ухо Айвен, и я вся задрожала, чувствуя, как внизу живота скручивается спиралью возбуждение.

Я скрестила ноги, сжав бедра, и посмотрела вперед, стараясь не думать сейчас о словах волколака. Затем обернулась и увидела связанных Марилью и Кирана, но не Керука. Он исчез и, видимо, сумел прорваться через смертоносно бьющихся волколаков.

Заскользив взглядом по толпе, я вдруг заметила его за спиной вербэра Артайуса. Во взгляде Керука горело пламя из спектра эмоций, которых раньше он не испытывал. В нем отчетливо проскальзывало чувство родства, какое бывает перед кровными родичами.

Айвен напряженно следил за битвой, желая к ней присоединиться, но больше всего его волновала моя безопасность. Оставить меня было не с кем, а защитить себя сама я пока не могла. И мы оба это знали.

Наша ошибка состояла в том, что мы совершенно забыли о связанной Марилье и избитом Киране.

Первый мощный толчок пришелся на Айвена. Несмотря на обостренные органы чувств, он был слишком сосредоточен на моей безопасности, так что пропустил момент, как Киран очнулся, схватил кинжал и кинулся на него.

— Не-е-ет! — вдруг раздался встревоженный голос Марильи.

Я обернулась в тот момент, когда меня резко оттолкнуло в сторону. Я упала на колени, пропахав ими промозглую сырую после ритуала землю, ударилась ладонями об острые камни, но боли не ощутила из-за вспыхнувшего адреналина.

Айвен был силен, но почему-то не использовал свою силу, а напал на разбушевавшегося Кирана голыми руками, сдавливая тому шею так сильно, что на его лице вздулись вены, и вся кровь отлила, делая его бледным и изможденным.

Глаза Кирана, который повис в воздухе, болтая ногами, выпучились из глазниц, а по белкам прошлась сетка лопнувших от напряжения капилляров. Страшное зрелище, на которое я глянула лишь мельком. Всё, что занимало мое внимание — кинжал, вогнанный аккурат между лопатками Айвена. Тот самый, который был использован для ритуала.

Крики, рык и звуки столкновений продолжали смешиваться в одну адскую какофонию.

Мне было сложно сосредоточиться, так как от падения и потери крови у меня закружилась голова, а когда я попыталась подняться, то мои ноги ослабли и перестали мне подчиняться.

Следом за хрипом Кирана пространство разорвал истошный крик Марильи, оглушая мои барабанные перепонки, и я снова пригнулась к земле, пытаясь унять звук ее непрекращающихся воплей. Она каталась по земле, словно ее раздирали изнутри в клочья, и из всей стаи, кто не участвовал в битве и прятался по углам, к ней на помощь выскочила только Марта.