Книга Обуздать любовь, страница 14 – Ольга Персиянова

Я прикрыла глаза и несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь смириться с реальностью.

— Ты уезжаешь? – раздался удивлённый голос за спиной.

Я обернулась и увидела Ярослава. Он шёл в мою сторону, весь увешанный амуницией. Тем не менее не создавалось ощущения, что ему тяжело.

— Да, – я постаралась скрыть свои истинные чувства за напускным безразличием и принялась надевать перевозочные ногавки^[15] на Страдивари.

Парень повесил свои вещи рядом с денником Летс Гоу и весело поинтересовался:

— А что так? Надоели наши лица?

Я не могла понять, шутит он или спрашивает всерьёз, и уже хотела съязвить, как из прохода донёсся звонкий голос со стальными нотками:

— Ярослав, что ты опять копаешься? Мы так ничего не успеем!

Парень закатил глаза и буркнул под нос:

— Всё я успею.

Женщина в чёрной куртке и чёрных бриджах подошла к нам: она была ниже Ярослава на полголовы, светлые волосы собраны в тугой пучок, взгляд зелёных глаз, таких же как у парня, только более цепкий. Так я впервые увидела вживую знаменитую Регину Канунникову, маму Ярослава. Я открыла рот, чтобы поздороваться, но не успела. Она перевела внимательный взгляд с сына на меня и обратно, а затем улыбнулась одним уголком рта:

— Теперь поня-а-атно, почему ты ещё не собрался, – протянула она.

— Мам, да я только пришёл, – начал оправдываться Ярослав, но она его уже не слушала.

К нам шёл коневозчик Сергей. И, судя по его довольному лицу и прищуренным глазам Регины Викторовны, эти двое были знакомы.

— Серёж, давно не виделись!

Они обнялись искренне и тепло.

— Да уж. Уезжал в регионы, – мужчина развёл руками.

Регина Канунникова быстро оценила обстановку, скользнула взглядом по Страдивари в перевязочных ногавках и уточнила:

— Тебе помощь нужна?

Сергей не знал, много ли вещей нужно забирать вместе с моим конём, а потому сначала спросил у меня:

— Приданого много у Страдивари?

— Прилично, – указала я в сторону амуничника. – Четыре большие сумки, седло и пара коробок.

Сергей вновь обратился к маме Ярослава:

— Справлюсь. Не тебе же тяжести таскать.

— Конечно, не мне, – возмутилась всадница. – У меня для этого сын есть!

Ярослав обречённо вздохнул и двинулся в сторону амуничника, а проходя мимо меня, поманил рукой:

— Показывай, что грузить.

Пока Сергей и Регина разговаривали об общих знакомых и новых КСК, где проводились турниры, Ярослав быстро перетаскал все вещи в машину. Когда он взял очередную коробку и с прямой спиной двинулся в сторону коневозки, я отметила, что он не запыхался, не медлил и не сгибался под тяжестью поклажи. Для воспитанного в спортивной семье парня это была не нагрузка.

Наконец Ярослав вернулся за последней коробкой. И ещё оставалась сумка с вальтрапами^[16]. Она была очень объёмной, но весила не так много, поэтому я закинула её себе на плечо.

— Поставь на место, – строго сказал Ярослав.

— Она не такая тяжёлая, как кажется, – я подняла на парня взгляд и столкнулась с ярким недовольством в его глазах.

Пальцы сами разжались, и сумка упала на бетонный пол.

— Я же сказал, что всё сделаю, – Ярослав подошёл вплотную, поставил сумку на коробку и поднял их обеими руками, загородив себе весь обзор.

Я пошла рядом с ним, беспокоясь, что ему ничего не видно и может понадобится моя помощь. Он не возражал, но и ни о чём не просил.