Книга Ничего мне не обещай, страница 71 – Меган Брэнди

Брат встречается со мной взглядом в зеркале, и я быстро отвожу взгляд.

— Не знаю, – говорит он. – Но мы общались по видеосвязи, планируя поездку, когда Мейсон написал, что едет с нами. Чейз спросил пару дней спустя. – Он пожимает плечами, выезжает с подъездной дорожки и направляется к пляжному домику остальных, расположенному дальше по дороге. – По крайней мере, так будет честно. – Он ухмыляется, когда его девушка хлопает его по руке.

На прошлой неделе Ари поняла, что прощальная неделя в «Авикс» пришлась на трехдневный уик-энд в честь Дня труда, из-за чего у мальчиков с субботы по понедельник не было тренировок. Она чуть не упала в обморок от волнения, когда объявила, что мы все отправимся в Неваду на игру Ноа.

Ну, все, кроме Лолли и Нейта, поскольку у него в эти выходные своя игра.

Дорога займет шесть часов.

Тревожность снова дает о себе знать.

Мы подъезжаем к обочине, остальные уже на улице, загружаются. В ту секунду, когда Брейди понимает, что парни бросают его, оставляя в машине, полной девчонок, он ухмыляется.

— О, черт возьми, да. – Его ажиотаж для меня полная неожиданность, но он только посмеивается, заглядывая внутрь внедорожника, чтобы увидеть меня. – Ты уверена, что не хочешь поехать с нами, Пейтон, детка? Мальчиков нет, а это значит, что скоро пойдут самые сочные сплетни.

— Похоже, ты действительно ждешь этого.

— О, я такой и есть. Я тут единственный ублюдок, который не лезет не в свое дело. Спроси Ари. Я узнал обо всем ее дерьме раньше других, и сказал ли я хоть слово?

Нет.

Он ухмыляется.

— Жаль, что ты сдавал нас каждый раз, когда мы ходили на вечеринки без тебя в старшей школе! – кричит Кэмерон.

— Это потому, что ты не имела права устраивать вечеринки с нашими друзьями. Они были придурками. – Он улыбается и смотрит в мою сторону. – Последний шанс, мама-медведица.

— Ты остаешься в «паровозике грусти» или прыгаешь в «паровозик веселья»?

Я усмехаюсь. «Паровозик грусти»?

Его лицо становится серьезным.

— Чувак. У Мейсона в заднице целый шест от ворот. Он такой с самого начала учебы. Он оглядывается через плечо, обдумывая свои слова. – Может, и раньше… – Когда он оглядывается, его глаза сужаются. – Хм.

— Я в порядке, – спешу сказать я.

Его взгляд становится подозрительным.

— Ага. – Он указывает на меня, и я чувствую себя как ребенок, которого отчитали.

Это смешно.

— Шевелись, придурок. – Появляется наш человек дня, и Брейди с ухмылкой отступает.

— Пейдж! Тащи сюда свою тощую задницу или мы тебя бросаем! – кричит он.

— Боже мой, Брейди! – тихо шипит Ари. – Мы ей никогда не понравимся, если ты будешь продолжать… быть собой, – заканчивает она со смехом, закатывая глаза. – Просто не обращай внимания на ребенка и делай, как я говорю. Окей?

Он поднимает Ари с земли и запечатлевает на ее щеке влажный поцелуй.

— Прости, Ари, детка. Не могу. Пейдж! – он снова кричит, запрокидывая голову и смеясь.

Тут выходит Пейдж, и я не могу не заметить, какая она хорошенькая.

Я думаю, что с тех пор, как я видела ее в последний раз, она, возможно, подстригла волосы; красивые золотисто-русые локоны, спускающиеся чуть ниже плеч, завиваются, придавая ей еще больше сходства с фарфоровой куклой.

Она почти такая же невысокая, как и я, но миниатюрная, с телом балерины и соответствующей осанкой. Ее осанка такая, какой моя мама хотела бы видеть мою, а улыбка мягкая, как и черты лица.