Книга Две жизни Изабель, страница 15 – Джени Рин

Подскочив с дивана, я пошла к окну и поставила гитару на место. За спиной послышались шаги. Итан подошел сзади и прошептал прямо у моего уха:

— Я знаю эту песню.

— Ее многие знают, – взволнованно проговорила я.

— Да, но никто не слышал оригинал вживую.

Резко развернувшись, я посмотрела Итану в глаза и непринужденно – в это мне, по крайней мере, хотелось верить – рассмеялась.

— Не понимаю вас.

— Это же ваша песня, я прав?

— Это песня Сирены. При чем здесь я?.. – Не скрывая раздражения, я повысила голос.

— Еще в клубе я понял, что вы не простая девушка. Таким голосом обладают единицы. Пародируете Сирену? Я так не думаю.

Опустив глаза в пол, я прошла мимо Итана и, не поворачиваясь к нему лицом, проговорила:

— Я не намерена выслушивать этот бред. Вам пора. Было приятно познакомиться.

— Не бойтесь, Изабель. Я не раскрою ваш секрет, – направившись к входной двери, сказал Итан.

— У меня нет секретов. Вы перепутали меня с другой. Я не она.

— Еще увидимся, Сирена, – выйдя из квартиры, усмехнулся он.

— Не думаю. Прощайте.

Захлопнув перед его лицом дверь, я опустилась на пол и взялась за голову.

Вот черт.

Зачем только я пошла в этот клуб? Зачем вообще начала петь? Зачем заговорила с этим мужчиной? Это все сон. Страшный сон. Завтра все будет хорошо. Никто ничего не вспомнит. Нужно забыть об Итане и продолжать свою игру. Я известный редактор в глянцевом журнале, светская львица, бывшая девушка звезды футбола.

Я не пою. На этом все.

– Вы любили своего брата? – спросил доктор Сток, записывая что-то в блокнот.

– Больше всех на свете.

– Вы не поняли… Но обо всем по порядку. Расскажите о нем. Какой он был?

– Мы много времени проводили вместе. Он был моим защитником и лучшим другом. Возле нашего дома рос дуб, у него были такие большие корни, что выпирали из земли. Однажды мы с братом сделали подкоп и устроили что-то вроде шалаша. Там было наше тайное место. Помню, в детстве мы часто прятались под этими корнями. Брат пел мне, а я слушала, восхищаясь его талантом. Никогда этого не забуду.

– Что стало с этим местом?

– После трагедии я не могла выйти из дома. Видеть наше место и знать, что мы больше никогда не сможем там уединиться, было слишком тяжело. Папа спилил дуб. Теперь там ничего нет.

– Вам стало легче?

– Нет. Даже если мне сотрут память, я не забуду ни единой секунды, проведенной с братом.

— Уилсон, в мой кабинет. Живо, – коротко бросил Питер, проходя мимо моего стола.

— Кто-то рискует вылететь с работы, – начала ехидничать Сэм.

— Пошла к черту, – выплюнула я и направилась к боссу.

Мое очередное «доброе» утро не задалось с самого начала. Открыв глаза после нескольких неудачных попыток будильника разбудить меня, я поняла, что дико опаздываю. Сорвавшись с дивана – кровать же вчера я так и не заказала, – застонала от резкой боли в висках. Спасительной шипучки под рукой не было, поэтому пришлось доползти (в прямом смысле) до кухни, удариться об каждый угол на поворотах, достать из шкафа обезболивающее и пролежать на полу десять минут, пока оно не сработает. Когда боль наконец начала покидать мое похмельное тело, я вспомнила все, что произошло ночью.

Холодный душ помог снять охватившее меня напряжение, но ненадолго. Включив телевизор, я закатила глаза. Ну, разумеется. Все вовсю обсуждали сенсационное расставание. На экране показывали наши с Эндрю фото. «Знаменитый квотербек Эндрю Браун застал свою девушку в постели с другим». Именно такая подпись была под нашими фото.