Книга Разбитые клятвы, страница 88 – Шейн Роуз

— Пойду приму душ и приведу себя в порядок. Завтракайте без меня.

В душе мне наконец удалось прийти в себя. Стоя под водой, я напомнила себе, что после чтения всех тех страниц из папки меня ждут новые обязанности. Судя по новостям, в ближайшее время я должна присутствовать на встречах и званых вечерах. Нам предстояло изображать пару, а поддавшись искушению, мы с Бастианом лишь усложним ситуацию.

Он был прав.

Нельзя рисковать, идя на поводу у эмоций, особенно когда от меня зависело будущее города.

Хорошее начало.

Я буду появляться в обществе Бастиана и его семьи. Так что все не так просто.

— Слушайте, мне нужно одеть что-то поприличнее или можно пойти в этом? – вернувшись на кухню, спросила я. Мне стало не по себе, когда я поняла, что меня будут фотографировать.

— И откуда такой вопрос? – прорычал Бастиан.

Кейд внимательно посмотрел на меня.

— Нет, это подойдет.

— О чем ты? – Бастиан перевел взгляд на брата.

— Она ведь с тобой, значит, ее тоже будут обсуждать. – Кейд пожал плечами и протянул мне тарелку с яичницей и беконом.

— Спасибо. – Я посмотрела на идеально приготовленный бекон, он выглядел настолько аппетитно, что у меня едва не потекли слюнки. – Выглядит потрясающе.

— Всего лишь яйца и бекон, – усмехнулся Кейд. – Честно, если бы мама увидела, чем тебе приходится питаться по вине Бастиана, мы получили бы нагоняй.

— Заткнись. – Бастиан взял другую тарелку, но не поблагодарил брата.

— Мы оба знаем, что мама бы взбесилась.

Двое мужчин, которые, готова поклясться, могли растопить сердце любой женщины, пристально смотрели друг на друга. Мне было очень любопытно узнать больше об их семье, но стоило проявлять сдержанность. Ни к чему совать нос не в свое дело.

Айви наклонилась ближе и прошептала:

— Папа говорит, что Бастиан не любит упоминать о своей маме, потому что ее больше нет. А еще у Бастиана нет папы. – Она коснулась моей щеки, словно утешая меня, могла успокоить и Бастиана.

Я посмотрела на него, но его взгляд был устремлен на маленькую племянницу.

— Bambina, мне нравится разговаривать о ней. Не говори так, ладно? Я очень любил ее. Просто предпочитаю не обсуждать ее, потому что ее больше нет.

— Морина, он имеет в виду, что она умерла, – сообщила она мне, будто я сама не поняла. Не желая ничего отвечать, я отправила в рот кусочек яичницы. – И наверное, когда люди умирают, Бастиан больше не говорит о них. – Айви нахмурилась и посмотрела на дядю. – Нам лучше не говорить о них, да, дядя Бастиан?

Кейд ухмыльнулся и скрестил руки на груди.

— Да, Бастиан, пожалуйста, объясни нам правила. С радостью послушаю их.

Бастиан стиснул челюсти. Медля с ответом, он достал из холодильника бутылку воды и сделал несколько глотков. Затем резче, чем было необходимо, поставил ее на столешницу.

— Айви, моя мама была очень милой женщиной. Она больше жизни любила моего папу и нас. Когда к нам приходил твой папа, она готовила канноли, и мы все вместе болтали и смеялись. Она была очень славной. Но она умерла. И нам нужно жить дальше.

— И все равно она твоя мама, – непонимающе сказала Айви, тогда я обняла ее и посмотрела на Бастиана, который пристально смотрел на меня.

— А еще у меня есть другие члены семьи, и она бы не хотела, чтобы я грустил, да? Давайте есть. – Его приказ не оставлял возможности для споров.