Книга Расколотая свобода, страница 24 – Шейн Роуз

Я пытался не обращать внимания на все, что меня отвлекало: как сердце пыталось вырваться из груди, как мгновенно дернулся мой член. Эта ее манера, с которой боль в ее глазах сменилась решимостью… Теперь в ее взгляде пылал огонь, словно она приготовилась к атаке.

— Ты проделал такой длинный путь, потому что тебе велели мои родители? Ты в своем уме? И моя мама даже просила тебя об этом…

Она прижала ладони к глазам и вздохнула:

— Это просто смешно. Тебе не стоило приезжать.

Она помчалась мимо меня к машине, но затем на полпути остановилась, повернулась, закрыла глаза и произнесла:

— Спасибо. Я сейчас на взводе. Мало спала и теперь просто хочу посидеть и отдохнуть, пока мы ждем Иззи.

Я кивнул и пошел к прокатной машине, стараясь держаться подальше от Делайлы. Открыл черную блестящую дверь и указал на нее:

— Делайла, садись и расслабься. Теперь все будет хорошо.

Слушая меня, она касалась своих волос цвета шоколада.

И все же к тому времени как я добрался до водительской двери, она сорвалась.

— Сестру ведь выпустят, да? В смысле… – она поерзала, – они почему-то тянут. И я не помню, чтобы они называли ее имя, когда вызывали меня. Как ты думаешь, почему?

Я прочистил горло, готовясь к аду, который она мне устроит, как только узнает обо всем. Но она продолжила, не дав мне вставить и слова.

— Прости, не знаю, почему спрашиваю об этом тебя. Я всегда представляла тебя кем-то вроде Джеймса Бонда, который вытворяет, что ему вздумается, и при этом все знает. Ты в курсе, что моя семья считает так же? Будто ты знаешь все о том, что сейчас происходит, хотя совершенно ясно, что это бессмыслица, – она сделала глубокий вдох, однако он не принес ей спокойствия. – Я слишком много болтаю…

— Все нормально, – сказал я. Ее учащенное дыхание пробуждало такие мысли, с которыми сейчас у меня не было сил иметь дело. Я положил руку на грудь. – Делайла, помни про семь вдохов, хорошо?

Она взглянула на мою руку и нахмурилась, а затем прошептала:

— Досчитай до семи и попадешь в рай?

Я кивнул и улыбнулся. Мы начали дышать вместе, всего на секунду наше дыхание синхронизировалось, но этого времени хватило, чтобы мы оба успокоились.

Увидев, как к ее щекам вернулся цвет, как расслабились ее плечи, я сказал:

— Лайла, рад тебя видеть.

Она поджала пухлые губы и засмеялась. Теперь ее смех стал более хриплым, чем я помнил.

— Только вот не при таких обстоятельствах.

— И все равно я рад. Последние пару лет, когда я приезжал в отпуск, тебя дома не было.

— Да, видимо, такова жизнь, – она пожала плечами и посмотрела на здание.

Черт, будет больно.

Я знал, бесполезно избегать правды и мучений, которые та приносит. Ожидание имело смысл лишь тогда, когда помогало продлить пытку врага. Сейчас же настало время для откровенности.

Я сбросил бомбу, одновременно нажимая на кнопку зажигания автомобиля:

— Твоя сестра останется в тюрьме.

— Что? – раздавшийся в машине крик был полон злости, страха и агонии. Я не ответил и просто начал переключать передачу, однако маленькая рука оказалась на моей и заставила меня снова поставить машину на «Р». – Данте! Какого хрена? О чем ты?

Услышав от нее ругательства, я приподнял бровь:

— Сказал как есть.

— Ты не можешь просто взять и уехать, – она крепче вцепилась в мою руку, и я увидел, как ее щеки краснеют все сильнее, но не от смущения, а от гнева. Этот розовый цвет напоминал о другой части ее тела такого же цвета, мысли о которой сейчас были совсем не кстати.