Книга Рабыня Шейха. Пепел надежды, страница 29 – Ульяна Соболева

Я сжала руки в кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Боль помогала мне сосредоточиться, не дать панике разорвать меня изнутри.

"Больше я не позволю, чтобы меня топтали.Я хочу, чтобы шейх знал, что он рвал на части ту, кто ни в чем не виновата…мне нужно вернуть свое место, иначе я никогда не увижу мою Лизу"

Каждый раз, когда перед глазами вставал образ Лейлы с её холодной улыбкой, каждый раз, когда я вспоминала, как шейх смотрел на меня с презрением, которое, казалось, выжигало мою душу, я чувствовала, как гнев вспыхивает внутри меня.

Нет. Я больше не та наивная, сломленная женщина, которая доверилась какой-то пешке. Я выберусь из этой тьмы. Даже если мне придётся использовать Ханан. Даже если мне придётся вытрясти из неё всю правду силой.

"Я не лучше Лейлы, правда?" — эта мысль промелькнула в моей голове, как тень. Но я тут же её отбросила. У меня не было времени жалеть себя. Не было времени для сомнений. Я не лучше… Я могу стать даже хуже. Потому что здесь никому не нужна доброта и великодушие. Амая поплатилась за свою привязанность ко мне, за свою верность. В этом мире нет такого понятия как законы, справедливость. Здесь царит своя конституция.

Я должна была найти правильный момент. Я должна была выждать. Когда мы останемся вдвоём. Когда она не сможет сбежать. И заставить говорить…

"Но каково это — быть ею?" — Я посмотрела на своё отражение в тёмном стекле окна. — Каково это — жить с цепью на шее, боясь за сестру, зная, что твоя жизнь принадлежит кому-то другому?

На мгновение мне стало мерзко от самой себя.

"Примерно так же как мне…потому что я тоже боюсь за свою дочь," — подумала я снова. И тут же отбросила это чувство жалости. Я разжала кулаки и почувствовала, как кровь прилила к онемевшим пальцам. Только разговорить ее недостаточно…мне нужно нечто другое. И я уже знала что.

Глава 12

В этом дворце редко появляется что-то, что можно назвать шансом. Здесь всё продумано до мелочей: каждая комната, каждая стена, каждый взгляд. Здесь даже воздух, кажется, работает против тебя. Но иногда судьба подбрасывает нечто странное. Не оружие, не спасение — жалкий, слабый шанс, который ты либо превратишь в своё преимущество, либо он превратит тебя в труп. И этот шанс оказался у меня в руках.

Я заметила его случайно. Маленький чёрный прямоугольник, выглядывающий из-под тряпки на подносе. Телефон. Проклятый, блестящий, словно насмехающийся надо мной. Моё сердце ухнуло вниз. Услужливая девчонка, крадущаяся, как воришка, и озирающаяся по сторонам, была слишком нервной, чтобы быть просто прислугой. Я узнала её — одну из тех, кто время от времени убирается в покоях Лейлы. И я сразу поняла, что этот телефон не её.

"Украла," — мелькнуло у меня в голове, и это было очевидно. Ни одна из нас, простых прислуг, не могла бы даже мечтать о такой вещи. В этом дворце телефоны были под запретом. Мы — рабы. Мы не должны иметь связей с внешним миром. Даже слухи о том, что кто-то из прислуги посмел прикоснуться к подобному устройству, могли стоить жизни.

Я стояла в тени коридора, наблюдая, как она ссутулилась над столом, делая вид, что вытирает пыль. Её движения были рваными, резкими. Она украдкой бросала взгляды на дверь, готовая сбежать в любой момент.

"Чего она так боится? Её же никто даже не видит," — подумала я, сжимая руки, чтобы не выдать себя.