Книга Развод. Твой успех принадлежит мне, страница 28 – Милана Усманова

К концу второго раунда Танк уже заметно хромал на левую ногу, его передвижения стали тяжелее, медленнее.

— Третий раунд, — сказал Седых в перерыве, обмахивая Ильяса полотенцем. — Он готов. Работай голова-корпус-голова. И помни про левую.

Азимов кивнул, вставил капу в рот и вышел в центр клетки.

Дронов пошёл ва-банк, понимая, что проигрывает по очкам. Он размахивал кулаками, как мельница, пытаясь достать Ворона хотя бы одним чистым ударом. Но Ильяс непрестанно двигался, уклонялся, ждал.

И когда Дронов в очередной раз промахнулся, раскрывшись на долю секунды, Ворон ударил.

Левый хук в печень! Правый кросс в челюсть! И ещё один левый в голову!

Серия была молниеносной, я едва успела всё увидеть!

Дронов покачнулся, его колени подогнулись, и он мешком рухнул на маты.

Рефери бросился между ними, начал отсчёт. Танк пытался встать, но ноги его не слушались. На счёт «восемь» он всё же поднялся на одно колено, но рефери уже махал руками, останавливая бой.

Это был технический нокаут!

Победа Ворона.

Зал взорвался дикими овациями, улюлюканием и свистом! Оглушая, заставляя моё сердце биться быстрее, кончики пальцев дрожать от прилива необузданного восторга!

Ильяс поднял руки, и я увидела на его лице то, чего не видела ни разу с момента нашего знакомства: чистую, неподдельную радость.

Я покосилась на VIP-ложу. Артём сидел неподвижно, с кислой физиономией, будто лизнул лимон, или даже съел его вместе с кожурой.

И едва сдержала торжествующую усмешку. Ох, с каким трудом я её удержала, кто бы знал!

В раздевалке царила эйфория. Ильяс сидел на скамейке, с разбитой губой и наливающимся синяком под глазом, но улыбка всё не желала сойти с его сурового лица.

— Неплохо, — похвалил Седых, и в голосе его звучало что-то, подозрительно похожее на гордость. — Но левую руку в третьем раунде ты всё-таки опустил. После хука.

— Знаю, — согласно кивнул Азимов. — Он просто не успел этим воспользоваться.

— В следующий раз соперник может успеть. Будем работать.

— Хоть раз похвалите меня по-человечески! — рассмеялся Ворон.

Седых улыбнулся, что само по себе было событием.

— Похвалю, когда станешь чемпионом.

Я подошла к ним, присела рядом с Ильясом.

— Оба спонсора хотят встретиться. Один готов подписать контракт уже на этой неделе.

— Хорошие новости. Сколько боёв до Горбова?

— Минимум три.

Ильяс посмотрел на меня, и в глазах его горел тот же огонь, что и в клетке.

— Тогда не будем тратить время. Когда следующий бой?

— Я работаю над этим, — ответила я. — Дай мне неделю.

Мужчина кивнул и откинулся на стену, закрыв глаза. Лицо его было измождённым, но умиротворённым. Человек, только что сделавший первый шаг к своей мечте.

Я вышла из раздевалки и достала телефон. Три пропущенных звонка от незнакомых номеров, два сообщения от Вадима с поздравлениями, одно от Славы: «Анжелика Константиновна, видел бой по телеку. Ворон красавчик и вы тоже».

Улыбнувшись, набрала ответ: «Это только начало».

На улице уже стемнело. Мартовский воздух пах весной, и звёзды над Москвой казались ярче, чем обычно. Или это просто я наконец-то стала смотреть вверх, а не только себе под ноги?

Два дня. Всего за два дня, моя жизнь изменилась до неузнаваемости. Вчера я стала свободной. Сегодня мой боец одержал свою первую победу.