Книга Он: "Я ее уничтожу!" Она: "Я его не забуду…", страница 37 – Ася Синявская

— Гражданин Иванов, вы подтверждаете слова гражданки Привольской?

— Да, подтверждаю.

Следователь нажал на кнопку под столом. Зашел сотрудник милиции.

— Козлов, проводи гражданку в камеру. И этого тоже.

Это пиздец. Выходя из участка, я увидел отца.

— Ты знал? — спрашиваю у него. Он молчит. — Я спрашиваю: ты знал⁈ — уже, кажется, ору.

— Нет, сын, сам в шоке.

— Чтоб не смел ей помогать! Слышишь?

— Сын, она моя жена и твоя мать всё-таки!

— Она человека убила, папа! Я больше ничего не хочу знать об этой женщине, ничего!

— Сынок…

— Я все сказал, отец! Она должна ответить за все. Она мне жизнь сломала, уже во второй раз, между прочим, И на этот раз у нее получилось. Я вот только не пойму, за что? Чем ей так не угодила Катя? а я? За что она так со своим сыном? Лично у меня больше нет матери, а если ты ей поможешь — то и отца у меня тоже нет.

Я еще много чего хотел сказать отцу, но меня отвлек звонок мобильного. Кир.

— Да, Кир, слушаю…

— Ден, привет, ты где сейчас? Говорить можешь?

— Я возле участка, они нашли заказчика. То есть заказчицу… Кир, ты не поверишь, но это… моя мать. Моя родная мать, Кир! Представляешь⁈

— Охуеть, Ден… Я даже не знаю, что тебе сказать на это. Держись, дружище. Денис, я тебе звоню, чтоб ты приехал сейчас к Лине.

— Зачем? Что у вас случилось?

— Денис, не по телефону. Приезжай как можно быстрее и возьми чего-нибудь крепкого. Разговор не из легких.

— Скоро буду.

Я заехал в магазин, купил две бутылки «Джека». По пути я все думал, что же такого у ребят могло произойти. Голос у Кира был очень, очень взволнованный…

Дверь мне открыл Кир и приглашающим жестом позвал на кухню. На столе стояло два стакана и мясная нарезка

— Наливай. Побольше.

— Кир, ты меня пугаешь, что случилось?

— Пей.

Я выпил.

— Еще наливай, себе не мне.

Я выпил и это.

— Кир черт возьми, я еще раз спрашиваю, что случилось и где Лина?.

— Пойдем.

Я поднялся и пошел за Киром. Хотел у него еще раз спросить, но не успел… Он открыл дверь в спальню… На кровати сидела Лина, а рядом с ней… Катя…

— Какого хера⁈ Ребят, а кто мне объяснит, что здесь происходит вообще? Ты же умерла, я был на твоих похоронах⁈

— Привет, Денис. И я рада тебя видеть. Значит воскресла.

— Воскресла значит? Ты понимаешь, что мне пришлось пережить?

— Да, я как раз очень хорошо тебя понимаю.

— Вы знали? По тому, как ребята опустили глаза я все понял. Значит знали все, кроме меня.

— Денис, послушай, так нужно было.

— Кать, ты себя слышишь? Что значит так нужно было⁈ Все что нужно было — это сказать и мне тоже!

— Ден, может ты меня выслушаешь все таки?

— Нет, Кать. Хватит. Ни видеть тебя, ни слышать тебя не хочу. Выздоравливай.

Хлопнул дверью и ушел…

Катя

Что такое смерть? Смерть — это сон. Я сплю. Мне снится комната. Я нахожусь в этой комнате, здесь темно. Мне жутко хочется вырваться отсюда. Пытаюсь найти выход, но… не нахожу его! Не могу найти. Я стучу кулаками в эти мягкие стены, которые продавливаются от моих ударов, тут же снова принимая свои формы, кричу так, что начинают болеть лёгкие. Но меня никто не слышит.

И тут вдруг между моими припадками истерии я слышу голос. Я не знаю, кому он принадлежит. Такой приятный мужской баритон, немного с хрипотцой. Такой родной… Он зовет меня… Просит, чтобы я не оставляла его… И я иду на этот голос, потихоньку, мелкими шажками, старательно ощупывая перед собой поверхность пола… Почему под ногами постоянно попадаются обломки стройматериалов, какие-то камни, доски, брёвна… Но я медленно продвигаюсь, обходя преграды.