Книга Нулевой токсин, страница 35 – Мария Эмви

— Зачем вы… точнее, зачем мы здесь? — спросила она, отрешенно глядя на мигающие лампочки серверов.

— Потому что здесь находится слепая зона, — Залман кивнул на левое запястье девушки. — Эти серверы генерируют колоссальное электромагнитное поле. Оно не отключает браслеты «Нейро-Синтез», но создает помехи в передаче данных. Пакеты информации уходят на главный пульт с задержкой в сорок минут и приходят в виде усредненных значений. Хотите проверить?

Залман медленно протянул руку, после чего взял ее ладонь, переплел свои длинные пальцы с ее пальцами и положил их сцепленные руки себе на колено. Элизабет едва не задохнулась от такого внезапного жеста. Браслет на ее руке мгновенно вспыхнул ярко-желтым светом. Девяносто ударов, сто, сто пять! Девушка инстинктивно попыталась вырвать руку, ожидая воя сирен, ожидая, что двери откроются и ворвется охрана.

— Т-с-с, — Залман удержал ее ладонь, его голос был низким и обволакивающим, как гул кулеров. — Смотрите.

Желтый диод продолжал мигать, словно лампочка на дискотеке. Пульс Элизабет зашкаливал от близости, от страха, от того, как большой палец мужчины медленно и успокаивающе поглаживал ее кожу. Но сирена не выла и охрана не бежала. Система была слепа.

— Видите? Данные не уходят, — прошептал Залман, глядя на ее светящееся запястье. — Алгоритм Сфорцы думает, что мы находимся в состоянии абсолютного покоя.

Мужчина поднял глаза на Элизабет. В полумраке серверной они были невероятно близко друг к другу.

— Вам больше не нужно прятать свой источник тепла, Элизабет. Здесь вы можете звучать на своей настоящей частоте. Пусть этот трекер горит желтым, да пусть хоть горит красным, если захотите. Я не дам системе вас услышать.

Элизабет осознала, что она не считает свои вдохи и выдохи. Куратор Коваль позволила своему сердцу биться так быстро, как оно этого хотело. В окружении холодных машин и мигающих лампочек, в самом центре стерильной клиники, она почувствовала себя пугающе живой. Гул кулеров в серверной обволакивал их, создавая непроницаемый кокон из звука и прохладного воздуха. Рука девушки все еще покоилась в руке Залмана. Желтый свет от ее браслета отбрасывал на их сплетенные пальцы тревожные блики, но страх постепенно уходил, сменяясь пьянящим, почти головокружительным чувством свободы. Элизабет посмотрела на Залмана. В этом полумраке, лишенном клинической белизны, он казался другим. Исчезла та пугающая напряженность, с которой он ходил по коридорам «Апейрона». Здесь, среди машин и терабайтов информации, он был в своей стихии и был абсолютно расслаблен.

— Вы рискуете всем, делая это, Залман, — тихо произнесла Элизабет, нарушая тишину. — Взлом камер, задержка пакетов данных… Если Сфорца обнаружит следы вашего кода в системе безопасности, он не просто отправит вас в «Детокс». Он передаст вас отцу с диагнозом, который позволит запереть вас в психиатрической клинике до конца жизни! Вы же понимаете это?

Залман не отнял руки. Он чуть повернул голову, разглядывая лицо девушки, словно читал карту звездного неба.

— А что такое риск? По своей сути, это вероятность наступления негативного события, умноженная на масштаб последствий, — спокойно, как преподаватель на лекции, ответил он. — Вероятность того, что Сфорца найдет мой код, стремится к нулю. Его программисты используют базовые алгоритмы шифрования третьего поколения. Я вас умоляю, Элизабет, это как пытаться защитить банк амбарным замком. А что касается последствий…