Книга Измена. Новая Вера, страница 86 – Софи Вирго

Муж ее, кстати, так и не попался на горизонте. Не знаю, сам передумал, или пара не последних чинов до него достучались, после того, как я поделился с ними своими беспокойствами, и знать не хочу. Главное, что сейчас паспорт Веры чист и оформлен на мою фамилию. Она его, кстати, еще не видела.

Почему бы и нет. Совсем скоро ее ждет сюрприз, от которого она не сможет отказаться. Я просто не оставлю ей выбора. Главное — успеть все подготовить.

Бой закончится весьма эффектно. Неважно, одержу победу, или проиграю, все будет. Барон получит по заслугам. Не знаю как, но я сделаю все, чтобы пояс стал моим. Не заслужил щенок его. Да, борец он не плохой, но бесчестный. Таким не место в спорте. Слово-то он держит, тренируется на славу, но как человек — никакой.

— Не передумал? — весело и одновременно обеспокоено спрашивает Серега, когда тренировка заканчивается.

— Уверен, как никогда. Если проиграю, разыграем второй вариант, но уверен, что будет первый. Ты же знаешь, я везучий, — закидываю полотенце на плечо, приводя дыхание в норму.

— Везучий. Но это серьезный шаг. Уверен, что уже пора?

— Как никогда в жизни, Серый. Смысл тянуть? — пожимаю плечами, и киваю в сторону раздевалки.

Наша тренировка закончена, в зал подтягиваются левые люди и Барон. С последним вообще не хочется пересекаться до боя. Слишком самодовольная у него морда, как будто он уже победил. Обломится. Люди без цели никогда не достигают вершин. Без обещаний и данного слова всегда есть возможность отмазаться, объяснить поражение.

У меня есть первое, и нет возможности совершить второе.

Мама, ради нее возьму последнюю вершину, и пусть она этого не увидит. Я дал слово. И не одно, самой важной женщине в жизни, той, без которой меня бы не было на этой земле. Знаю, она видит меня, гордится мной, и счастлива, потому что у ее сына появилась та, что обогреет, позаботится.

Жаль, что две мои любимые женщины никогда не встретятся, но уверен, мама ее одобрила бы. Они даже похоже чем-то. Ласковым взглядом, искренней улыбкой, чистым сердцем, добротой. И благодаря Вере я вспомнил любимое мамино платье, то самое, которое она проносила всю сознательную жизнь, надевала на большие праздники.

И не только потому, что у нас в те времена не было столько свободных денег, нет. Она просто его любила, и оно безумно ей шло. Когда у меня была возможность купить ей сотни других, она так и осталась верна своему синему платью с белой строчкой.

Фотографии висят в прихожей и напоминают самые счастливые моменты, когда мы были вместе. Пока судьба не забрала ее у меня. Теперь есть только снимки, которые развесила та, что отогрела холодное сердце, и приручила дикого зверя. Но о последнем никогда не узнает. Только если догадается. Сам не признаюсь.

— Я не отговариваю. Мужик. Молодец. В нашей жизни нет ничего важнее семьи. Все эти титулы, бои, — это проходящее. А женщина рядом, ваша семья, она навсегда с тобой. К ней ты придешь, побитый, уставший, положишь голову на колени, а жена, как ласковая кошка, будет урчать, чтобы ты отдохнул.

— Ого тебя понесло, — смеюсь, толкая его в плечо, а сам ярко представляю, как начнется наш вечер. С дивана, перед телеком, ее пальчиках в моих волосах, и ласковых словах, перед боем. — До завтра.

— До завтра.