Книга Измена. Новая Вера, страница 77 – Софи Вирго

Вара дрожит в сторонке, и я понимаю, что напугана она не моим поведением и полетом мужа, а тем, что было в квартире до моего появления. Нет, он точно не отделается одним сломанным носом за страх в ее глазах, который сейчас разбавило облегчение.

— Глеб, — шепчет надрывно.

Хочу подойти к ней, но замечаю, что бывший начал скулить и вставать. Быстро он пришел в себя. Видимо, часто получал по бестолковке.

— Слышь, мужик, ты не в тот дом пришел с кулаками. Свали по-быстрому, пока я добрый. Или хочешь сесть за нанесение легких телесных повреждений и незаконное проникновение? — м-да, пытается строить из себя крутого, только выглядит это со стороны жалко.

Слишком много слов, и слишком мало действий. Ненавижу таких пустозвонов. От них очень много проблем потом, потому что не выносят, когда кто-то оказывается сильнее, лучше них. Но фишка в том, что я его не боюсь. В отличие от него, я бьюсь за свое.

— Давай. И сядешь за преследование, угрозу жизни и здоровью, а еще и похищение человека. Давай-давай. Я с радостью посмотрю, как ты будешь выкручиваться.

Скрещиваю руки на груди, нагоняя на него еще большего страха. Слышу всхлипы своего олененка, но не могу подойти. Нужно сначала с недомужиком разобраться. В край обнаглел, паршивец. Привык против слабых играть, а вот с сильным сразись.

— У тебя на меня ничего нет, а вот у меня на тебя полно всего. Хотя бы вот, — и тычет рукой в мою сторону, покрытую кровью из носа.

Как же сильно я испугался. Аж коленки дрожат. Ага, сто пятьсот раз испугался и в ужасе свалил отсюда. Не дождется.

— Серьезно? Ну, давай считать, чего у меня на тебя нет.

Приподнимаю одну руку вверх и начинаю разгибать пальцы.

— Первое. Нет записи видеонаблюдения из больницы, где видно, как ты, кусок гадости на палочке, прикладываешь к лицу Веры ткань, и она оседает в твоих руках. Второе. Нет видео, где видно, как ты выносишь все ту же женщину и запихиваешь в свой автомобиль. Третье. У меня нет свидетельских показаний, подтверждающих факт присутствия все того же на палочке в стенах клиники.

По мере моих слов, мужик бледнеет и мрачнеет. Не рассчитывал, паскудная душонка, что кто-то может оказаться сильнее. И ведь не чувствует даже, что я блефую. У меня ничего нет. Кузьминична не на моей стороне, записи с камер мне никто не даст, и не факт, что все они рабочие.

И пусть. Главное, что этого труса пробрало от моей уверенной речи и твердого голоса. Дальше — дело техники. Дожму его.

— Мне продолжать? Или ты просто исчезнешь из нашей с Верой жизни, дашь развод, и забудешь о ее существовании? Не переживай, никаких претензий на имущество. Я свою женщину сам всем обеспечу. Мне не нужно, чтобы она забирала хлам из прошлого. Оставим тебе самому вариться в этом… всем.

Боковым зрением замечаю, как осторожно крадется Вера, прячась за мою спину, а потом чувствую, как нежные руки обвивают талию. Она прижимается ко мне всем телом. Не с целью удержать, нет. Ей нужна сила, поддержка, опора. Женщине элементарно нужно понять, что не привиделся мой образ, и до полного спасения всего одна фраза от муженька осталась.

Мужик наблюдает за нами, зло сощурив глаза, пока малышка упирается лбом между лопаток, выдыхая с облегчением. Опускаю одну ладонь на ее сцепленные в замок руки, готовясь в любой момент разорвать их и оттолкнуть ее аккуратно в сторону, чтобы не задело.