Книга Измена. Новая Вера, страница 4 – Софи Вирго

Отодвигая подругу в сторону, выходит чуть вперед, и даже выставляет руки в успокоительном жесте, чем окончательно разбивает хрупкую надежду на то, что это розыгрыш.

— Как ты мог?

Шепот со всхлипом срывается с губ, а сердце разрывается на части. Это все правда.

Вера

— Легко, — самодовольно произносит подруга, — клуша моя дорогая. Я же говорила тебе, пока будешь играть в примерную удобную жену, уведут, — выходя из-за спины мужа, продолжает с ухмылкой. — Твой Игореша ничего так оказался. И в постели, и в деле. Правда, как мужик оказался — трепло, — последнее говорит, уже бросая косой взгляд на мужа. — Но не бойся, я больше не претендую, забирай.

Встав между мной и Игорем, сказала это так снисходительно, словно это не она, а я пробралась в чужую семью и разрушила все хорошее.

— Рот закрой!

Муж орет на подругу, а я чувствую, как мои ноги обхватывают маленькие ладошки. Ребенок спрятался за мной. А за кем мне спрятаться от обрушившейся реальности?

Игорь хватает подругу под руку, пытается оттащить, но он не учел одного, чтобы выжить, Оля много дралась, и силы в ней немало, плюс в школе она занималась борьбой. Даже если силы и стало меньше, то ловкость точно при ней. У мужа нет шансов.

— А что ты мне рот затыкаешь? — вырвав руку, стоит на месте. — Пусть Верочка узнает с кем жила все эти годы. Строишь из себя тут благородного. Да ты такой же, как и все люди. Ничем не лучше. Ты знаешь, подруга, — вновь все внимание приковано ко мне, — что мы в первый же день начали кувыркаться? Пока ты спала, он пришел ко мне и все было очень даже ничего.

— Замолчи, я сказал.

Игорь пытается ее остановить, но, как говорится, «Остапа» понесло.

— Зачем? Пускай договорит, — произношу хриплым голосом, привлекая к себе внимание.

Две пары глаз удивленно смотрят в мою сторону, словно я сказала несусветную глупость. Или вообще непонятно зачем открыла рот.

— Я хочу знать, за что вы оба так со мной поступили, — не спрашиваю, утверждаю, что еще больше повергает их в шок. — Ну, ладно он, все могу понять. Но ты как могла, Оль. Мы ведь с тобой на соседних горшках сидели. Всегда друг другу во всем помогали. За что ты так?

— За что? Ты еще спрашиваешь? Да ты свалила в столицу, обменяв квартиру на комнату в общежитии. Устроилась неплохо. Замуж вышла. И где была твоя дружба, пока я не приехала сама? Ты забыла обо мне. Почувствовала сытую жизнь и не вспоминала о той, кто тебя защищала от всеобщих нападок. Где бы ты была без моей защиты? Тебя бы сгноили в детдоме, потому что ты слабая, никчемная…

— Прекрати! — выкрикиваю, делая пару шагов вперед, и чувствую, как детские ладошки соскальзывают с ноги, не в силах удержать.

Хочется обернуться, проверить, не упал ли малыш, но не могу. Просто сил нет смотреть в эти глазки, которые, оказывается, принесли с собой разрешение. Артем не виноват, нет. Просто я не могу. Мне очень больно.

— Я никогда про тебя не забывала.

— Ой ли.

— Так, все, хватит. Оля, тебе пора. Вера, иди в комнату, нам нужно поговорить. Наедине, — Игорь вмешивается, но безуспешно.

— Не лезь! — первой рычит Оля.

Теперь мы не остановимся, пока не выясним все до конца. С ним вообще разговаривать не могу и не хочу. Такое я не прощу. Это слишком. Я ведь ему поверила, а он. Нет, с таким я точно мериться не смогу. Лучше на лавочке в парке жить, чем с таким. Выживу, и не такое проходила. Руки-ноги есть, остальное приложится.