Книга Две измены. Стоп на любовь, страница 26 – Алиса Марсо

— Денис? — дрожащим голосом пищит Яна. — Это не то, что ты подумал! Я все объясню. Любимый!

— Это твой хахаль? — охуевает Луговой и лупает своими зеньками то на меня, то на Яну. — Охренеть.

Стою как вкопанный, стараюсь дышать медленно, в принципе дышать. Голова, как закипевший чайник, а перед глазами мираж из двух бездыханных тел.

Ноздри раздуваются, дышу, как бык, кулаки — стальные булавы, но я упрямо заставляю себя не двигаться. Еще и еще, чтобы мираж остался им же, и я сука, не сломал этим тварям все кости.

— Денис! — Яна делает неуверенный шаг. — Послушай, я…

— Что ты? — цежу, но горло, словно кислотой обожгли. — Уронила сережку и залезла под стол ее искать?

— Нет! То есть да! Я обсуждала с Антоном Петровичем твои условия.

— И что? Одобрил? — зло хмыкаю.

— Да, он очень заинтересован в сотрудничестве с твоей фирмой.

— А у этого хера язык есть или и переговоры ты за него собиралась вести? М? К нему передом, ко мне задом? Такая политика здесь?

Луговой приходит в себя, встает и выглядит уже смелее.

— Денис Александрович, это действительно недоразумение. Я не знал, что вы и она… Что у нее кто-то есть.

— То есть ты, Яна, даже не предупредила это перца, что из-за тебя он может лишиться ног?

Делаю шаг вперед. Еще один. И еще. Яна вжимается в стенку, а Луговой сначала дергается, а потом вспоминает, что его могут спасти, и тянется к столешнице.

— Не подходи, иначе нажму кнопку, и тебя загребут за нападение.

Продолжаю медленно приближаться, резких движений не делаю, разборки с полицией мне не нужны.

Смотрю на Яну и тычу в ее сторону пальцем.

— Ты. Идешь домой, собираешь все свое шмотье и проваливаешь. У тебя два часа. Встречу, пеняй на себя.

— Денис, послушай, прости меня, пожалуйста, я только…

— Рот закрыла! Второй раз не повторяю. Ключи от дома и машины оставишь на окне. А теперь ты, — перевожу яростный взгляд на начальника отдела кредитования. — Ты поимел не мою женщину, ты поимел своего отца. С вашим банком я дел больше не имею, а ты, если хоть раз попадешься мне на глаза, оставшуюся жизнь будешь жить инвалидом, со сломанной челюстью в придачу. Второго предупреждения не будет.

Хватаю ручку и с размахом вгоняю ее в столешницу, в то место, где лежит клешня Лугового. До ушей тут же доносится поросячий визг.

В дверь тарабанят уже пять минут, параллельно разрывается телефон, а мне на всех плевать, хочу, чтобы все отвалили от меня и дали время вправить самому себе мозги.

А я готов убивать. Просто рвать на части всех, кто попадется под руку. Такого удара в спину я просто не ожидал. Чего этой суке не хватало?

Чего⁈

Все же дал: внимание уделял, по ресторанам водил, шмотки, деньги, салоны, машина, все, что нужно и хотела, у нее было. Какого тогда полезла на чужой хер?

Не знаю, и спрашивать не стал. Вогнал ручку в стол между пальцами Лугового, утолил свое безумие его страхом и истерическим криком Яны, развернулся и не оглядываясь ушел.

Колесил по городу ровно два часа, как и сказал, дал ей время уйти из моей жизни невредимой.

Специально не поехал за город, остался среди людей, чтобы сдержать свою ярость, не натворить на эмоциях дерьма, чтобы через силу забить боль от предательства подальше в грудину и заколотить гроб стальными гвоздями.

Если бы поехал по трассе, не удержал бы башню, все двести двадцать бы выжал и неизвестно чем бы все закончилось.