Книга Роковая ошибка мистера Куина, страница 86 – Бенедикт Браун

Она улыбнулась, словно злая королева из сказки.

— Это правда, мой мальчик. Но даже принципиальному Теренсу Куину пришлось в конце концов сдаться Хитонам. Я думала, ты это и сам знаешь.

Не знаю, зачем она это сказала, наверное, просто чтобы меня расстроить. И у нее получилось. Я вырос и, казалось, вырвался из ее власти, но она все равно нашла способ сделать мне больно.

— Ну, рад был встретиться снова, – соврал я и встал, не дожидаясь ее разрешения.

— Это неправда, – голос у нее был холодный, как снег в Гималаях.

— Да, неправда. Но я рад наконец уйти. – Я так заскрипел зубами, аж испугался, что раскрошу их. – До свидания, Сильвия. – И да, я специально обратился к ней по имени. По моему опыту, герцогини такое ненавидят.

Я спустился по витой лестнице в оранжерею. Беллы там не было. Вместо нее я нашел там дворецкого семьи Хёртвуд, который готовил для нас маленький столик. Он был пузатым, заносчивым человеком, но меня почему-то любил.

— Мистер Куин, мне сказали, что вы сегодня ужинаете с леди Изабеллой.

— Все так, Пулман, но не спешите. Я постою тут, позлюсь, если вы не против.

— Конечно же, сэр. – Он продолжил работать, шепотом руководя лакеями, которые вбежали в оранжерею с канделябрами, бокалами под вино и серебряными блюдами для сервировки на двоих.

Я поступил, как и обещал, стоял и смотрел в изогнутые окна на озеро. Над поместьем собрались тучи, под стать моему настроению, и я уже не верил, что что-то способно его исправить, но тут пришла Белла.

— Ты рано, – сказала она, стоя в дверях, как ожившая картинка.

На ней было бирюзовое шелковое платье, лишь на дюйм не достающее до пола. Оно расширялось внизу, но обтягивало ее сверху, и, описывая это платье, я лишний раз понимаю, как плохо разбираюсь в женской одежде. Могу сказать лишь, что, когда Белла зашла в залитую свечным светом комнату, я забыл, как дышать… на пару долгих секунд, по крайней мере.

— Знал бы я, что ты так разоденешься, тоже подобрал бы что-то поприличнее.

— Смешно, Мариус! Тебе с такими шутками надо на сцену!

Я хотел бы сказать еще что-нибудь остроумное, но снова оцепенел от ее красоты. Она была красивой. Не просто красивой. Она была Белла.

— Я решила, что тут тебе будет спокойнее, чем на семейном ужине. Уверена, мама уже и так тебя достаточно припугнула, не хочу давать возможность повторить это при слугах.

В тумане своего плохого настроения я пропустил момент, когда маленький круглый столик полностью заставили всем необходимым для ужина.

— Очень мило с твоей стороны. – Я обошел столик и отодвинул для Беллы стул, как официант в парижском кафе, куда я постоянно захаживал. Может, это было слишком театрально, но, садясь, Белла улыбнулась. Я сел напротив и снова почувствовал себя нелепым четырнадцатилетним Мариусом, который впервые заметил, какая она красивая.

— Если честно, мы редко ужинаем всей семьей. Я даже не помню, когда мы просто были все в одной комнате. Мои родители…

Я понял, что эту тему она не хотела бы развивать, поэтому пробубнил:

— Здесь гораздо приятнее, чем за огромным столом. – Белла поспешила сменить тему.

— Лавбрук ушел чуть раньше нас, – сказала она, мне осталось только промычать в ответ, но мычание скоро обернулось мурлыканием мелодии «Колени вверх, мама Браун»^[15]. Не самый подходящий фон для светского ужина.