Книга Роковая ошибка мистера Куина, страница 47 – Бенедикт Браун

— Похоже на Джеймса, – холодно ответила Белла. – Его отец выбил из него всякую личность. Его волновало только чужое мнение.

— Справедливости ради, – добавил я, – ты его тоже волновала. Мы с тобой никогда это не обсуждали, но он очень изменился, когда понял, что ты не отвечаешь ему взаимностью. До этого он не был и вполовину таким злым и отчаянным.

Лавбруку стало заметно неловко за то, что он – давайте сразу двумя метафорами – разбудил дракона в осином гнезде.

— Сомневаюсь, что старые чувства как-то связаны с убийством, леди Изабелла. Судя по его дому, он был одиноким человеком, и это делает дело только более загадочным.

— Нашли ли отпечатки на ноже или еще где-то на месте преступления? – с надеждой спросил я.

— Да, но лишь одного человека, и, скорее всего, это отпечатки его сестры. Теперь невозможно определить, было ли на орудии что-то, до того как она его схватила.

Белла продолжала надеяться на хорошие новости.

— Ну хоть какой-то прогресс есть?

— Я позвонил знакомому констеблю в Уэллингборо, он патрулирует центр города, задает вопросы. Я велел ему начать с пабов. Если кто-то и знает о происходящем, то старики, которым нечего делать, кроме как совать носы в чужие дела. – Сказав это, он обернулся через плечо на паб, где мы только что пили. Там сидели два пожилых джентльмена, потягивая эль, и тут же подняли свои пинты, здороваясь с трудяжкой-бобби. Лавбрук помахал им, а затем задал нам вопрос: – А вы узнали что-нибудь полезное?

Я хотел было сказать «нет», но Белла меня опередила:

— Мы еще не успели все обдумать, – начала она, – но почтальон вспомнил, что на прошлой неделе видел у изгороди Люсинды мужчину. Он подумал, что это какой-то преследователь.

— А наша учительница помогла нам увидеть новый контекст о семье Хитон, – добавил я.

— Какой контекст? – Лавбрук наклонил голову, готовясь слушать.

— Ну, они владеют половиной строений в деревне, и ребята унаследовали их все. Она думает, что кто-то, возможно, до сих пор злится на прошлые поколения Хитонов.

— Многообещающе, – ответил инспектор. – Старая соседская обида весомее писем с угрозами.

У Беллы было еще одно важное замечание:

— Мне кажется, что каждой из сестер сегодня нужно назначить охранника.

— Согласен, – серьезно кивнул Лавбрук. – Я уже отправил запрос в Ярд, но там сказали, что отправят только одного на всю деревню. Начальник сказал, цитирую: «Мы полицейские, а не няньки».

Я чувствовал себя виноватым за то, что мы бросили сестер одних даже днем, и предложил компенсировать этот промах:

— Тогда я сегодня останусь с Люсиндой, а ваш человек может караулить у Тилли.

Белла засветилась:

— Правда? – Она не могла меня не поддразнить. – Как же тяжело тебе будет провести ночь в доме невероятно красивой девушки, которая всегда смотрела на тебя влюбленными глазами и совсем недавно разорвала помолвку…

Я был рад, что первым заговорил Лавбрук:

— Боже, Мариус! Сколько женщин влюбляется в тебя за неделю?

Я улыбнулся. Пусть работа и потрепала нашего инспектора, где-то в глубине его души осталась невинность. Я боялся, что он потерял ее окончательно.

На этот вопрос я не стал отвечать, но ради Беллы уточнил, что имел в виду своим предложением:

— Я буду спать на диване и пойму, если кто-то попытается войти в дом.