Онлайн книга «Искатель, 2010 №1»
|
— Овраг. Кроме кустов в сумерках ничего уже не было видно, поэтому Палладьев спросил: — И что там? — Холодильник. — С протухшими курями? — Пока неизвестно, — серьезно ответил участковый. Эти слова опера разозлили. — Лейтенант, не знаешь, а звонишь дежурному РУВД и поднимаешь шорох? — Товарищ капитан, холодильник нашли мальчишки, чуток приоткрыли, а оттуда покойницкий дух. Они сообщили мне. — А ты его открывал? — Нет, чтобы не оставлять следов. — Лейтенант, протухшую колбасу я засуну тебе в кобуру. Они спустились на дно оврага. Здесь и днем, видимо, было тенисто, вечером же в этих зарослях стало почти совсем темно. Огромный холодильный сундук, прикрытый сломанными ветками, белел как полярный медведь, который улегся отдохнуть. Капитан с трудом отжал тугую ручку никелированного замка... Из холодильника на траву что-то выкатилось. Сначала капитану показалось, что это тряпичный тюк. Нет, тряпичная кукла. Да не кукла, и не тряпичная... Палладьев достал мобильник и посветил: девушка... Ева... Посиневшая, скрюченная, с искаженным мукой лицом... Видимо, задохнулась. Атеист Палладьев неожиданно для себя подумал о Боге: если есть дьявол, то должен же быть и Всевышний. Только почему Бог не оторвал руки тому дьяволу, который закрыл Еву в холодильнике? Лейтенант, рассмотрев дверцу агрегата, сообщил: — Товарищ капитан, холодильник новый. На нем логотип фирмы «Холод Плюс». — Вот что, лейтенант. Я помчался на эту фирму, а ты вызывай опергруппу и следователя. Скажи, что убийство. Мысли Палладьева тряслись синхронно с его «шестеркой», на которой он летел по пригородной дороге. Батонов завладел состоянием Розы Робертовны и сумел избавиться от нее. Но убивать Еву? У них же был роман... Палладьев спешил. Батонов мог сбежать, например, за границу. С его-то деньгами... Но была и другая причина, которой Игорь не осознавал: он был опером уголовного розыска. Его главная задача — искать и ловить. Поэтому Палладьев знал цену фактора времени. Рябинин утверждал, что наша жизнь принадлежит времени. Он твердил, что время может сжиматься или растягиваться. В горе часы кажутся бесконечными, в радости время сжимается до счастливых мгновений. К офису фирмы «Холод Плюс» Палладьев подлетел на недопустимой скорости. На этой же скорости он вбежал в здание и отыскал кабинет директора. Отдышавшись, опер рванул дубовую дверь и оказался в просторной приемной. Секретарша его осадила: — Максим Антонович не принимает. — Меня примет, — заверил Палладьев и напролом вошел в кабинет. Тот представлял собой нечто среднее между кабинетом и демонстрационным залом: вдоль стены, поблескивая никелированными деталями, стояла продукция фирмы — небольшие холодильники, холодильный прилавок и большой холодильный шкаф, копия того, из оврага. В другом углу огромного кабинета за полированным столом развалился в кресле Батонов, развлекавшийся в Интернете. Увидев гостя, он вскочил: — Капитан, до каких пор будешь меня преследовать? — Пока не посажу. Батонов направился к двери, собираясь покинуть кабинет, но опер стоял на его пути. Лицо директора не покраснело, не побелело — оно позеленело. Видимо, от абажура раскидистой настольной лампы. Глаза вращались, словно перекатывались в глазницах. Его нос с двумя горбиками вроде бы шипел — Батонову не хватало воздуха. |