Онлайн книга «Зона Златовласки. Любовь не по уставу»
|
Каэр тяжело, громко сглотнул. Он чуть отстранился, ровно настолько, чтобы заглянуть мне в заплаканные глаза, но рук своих не разжал ни на миллиметр. В его светлых, серебристых глазах полыхал такой дикий, первобытный огонь, что меня опалило. — Устав Содружества, — произнес он хрипло, прямо мне в губы, словно выплевывая каждое слово как проклятие. — Раздел семь, параграф двенадцать. Выучи его наизусть, аналитик. Устав категорически, под угрозой немедленного военного трибунала и лишения всех званий, запрещает любые неуставные, романтические или сексуальные отношения между офицерами, находящимися в прямой цепочке подчинения на одном боевом корабле. Я непонимающе моргнула, всё еще шмыгая носом и глядя на него сквозь пелену слез. — Ч-что? При чем здесь... Уголок его губ дрогнул в кривой, отчаянной, но бесконечно счастливой улыбке. — А так как я, Аметист Ветрова, планирую немедленно, прямо с этой секунды, начать эти самые строго запрещенные отношения с одним невыносимым, дерзким, вечно спорящим со мной и самым блестящим аналитиком планет во всем флоте... — его большие пальцы ласково, трепетно стерли слезы с моих горящих щек, — мы физически, юридически не можем оставаться в одной команде. Мы не можем служить на одном корабле, Ами. Иначе меня отдадут под суд, а твою карьеру уничтожат. Мой аналитический мозг, всё еще затуманенный истерикой и болью, отчаянно, со скрипом пытался сложить два и два. — Вы... ты... — Перевести ценного аналитика с немедленным повышением в звании на дружественный исследовательский крейсер, который курсирует в смежном секторе, гораздо проще и быстрее, — мягко, почти мурлыча, закончил Каэр, глядя, как понимание медленно зажигает свет в моих глазах, — чем адмиралу флагмана добровольно сдавать командование, проходить комиссию и собирать себе новую эскадру с нуля. Он прижался своим лбом к моему лбу. — Сейн — мой лучший друг. Я всё с ним согласовал. Наши маршруты патрулирования пересекаются каждый месяц на орбитальных базах снабжения. У нас будут общие увольнительные. Законные общие выходные на Земле. Мы сможем быть вместе, и никто, ни одна тыловая крыса из комиссии Содружества не посмеет сказать нам ни единого слова. Я смотрела на него широко распахнутыми глазами. До меня медленно, как сквозь толщу тяжелой воды, доходил истинный смысл его слов и всего этого холодного, бездушного спектакля последней недели. Он не избавлялся от меня. Он защищал нас. Он, как гениальный, непревзойденный флотский тактик, просчитал всё на десять ходов вперед, чтобы дать нам реальный шанс на нормальное, законное будущее. Будущее без унизительных пряток по темным техническим углам корабля, без страха разоблачения и сломанных судеб. — Боже... — выдохнула я, чувствуя, как спадает напряжение, и ощущая себя при этом самой большой, слепой идиоткой во всей галактике. — Ты мог бы... Ты мог бы просто объяснить мне эту многоходовочку сразу! Нормальными словами! А не кидать этот проклятый приказ мне в лицо с таким видом, будто я для тебя пустое место! — Если бы я начал объяснять это тебе словами, — Каэр закрыл глаза, тяжело вздыхая, и его руки собственнически скользнули на мою талию, прижимая меня вплотную к своему телу так, что я почувствовала всё его желание. — Я бы просто не сдержался. Я бы сорвал с тебя эту чертову идеальную форму прямо здесь, на моем рабочем столе, нарушив этот проклятый устав еще до подписания бумаг о твоем переводе. Я не мог смотреть на тебя все эти дни, Ами, я выгонял себя из лазарета, потому что мне физически больно, невыносимо было не трогать тебя. Но ты приняла приказ, и он вступил в силу пять минут назад. Мы больше не прямые начальник и подчиненная… |