Книга Спецзадание "Выйти замуж", страница 68 – Асоль Ари

Коридоры были широкими, залитыми мягким, пульсирующим светом. Переборки были сделаны не из пластика, а из какого-то матового темного полимера, который на ощупь казался почти теплым, живым. Гул гипердвигателей не раздражал, он был глубоким, вибрирующим, похожим на мощный ритм огромного сердца.

Халидан вел меня по лабиринту переходов, и я с каждым шагом чувствовала, как во мне нарастает странное, иррациональное беспокойство. Это не был страх пленницы. Это было... Узнавание.

Моя природа, никогда не ошибавшаяся в инстинктах, вдруг затрепетала. Мои чувства обострились до предела. Я улавливала малейшие вибрации корабля, слышала звуки, недоступные человеческому уху.

Я посмотрела на узоры на стенах, на причудливую вязь, которая казалась бессмысленным орнаментом для обычного глаза, но для меня... Для меня эти линии вдруг начали складываться в символы. Смутно знакомые, словно я видела их в каком-то очень старом, забытом сне.

«Фаро... — мысленно позвала я. — Проанализируй интерьер. Кажется, я... Я знаю эту архитектуру».

Фенек подбежал к стене, поднялся на задние лапки и обнюхал светящиеся символы.

«Ваша память не содержит данных о сиамских дредноутах, капитан. Однако я фиксирую аномальную активность в лимбической системе вашего мозга. Вы испытываете чувство... Ностальгии. Теория: ваша генетическая память резонирует с окружающей средой».

Я замерла на секунду. Ностальгии? На корабле моего врага? На корабле цивилизации, которая считает меня товаром?

Халидан почувствовал мою заминку. Он обернулся, его льдистые глаза сузились.

— Что такое, моя сиамская девочка? Твое тело чувствует, что оно дома? Этот дредноут — вершина нашей инженерии. Сплав технологии и органики. Он узнает тебя. Ты в его микросхемах, Клео.

Я сцепила зубы, подавляя в себе этот иррациональный отклик.

— Я — Клеопатра Нова. Старший спецагент Флота. И я на миссии, — прошептала я, заставляя себя идти дальше.

Мы подошли к огромным дверям, украшенным той же вязью. Халидан приложил ладонь к панели доступа, и створки бесшумно разошлись.

— Это твои покои на время полета, — он чуть подтолкнул меня внутрь. — Ты посол и моя жена. Ты заслуживаешь лучшего.

Каюта была огромной, больше, чем весь мой жилой блок на Земле. Панорамное окно во всю стену открывало вид на пролетающие мимо звезды — мы уже вышли на траекторию разгона к гиперпрыжку. Пол был устлан мягкими шкурами, по центру стояла огромная кровать, в углу журчал небольшой фонтан. Воздух пах сандалом и свежестью.

Я прошла к окну, глядя на то, как станция «Эгида» превращается в крошечную точку в бесконечной тьме космоса. Мой мир остался позади. Моя карьера закончилась. Мой отец и Эвелин могут больше никогда меня не увидеть.

Халидан подошел сзади, его тень накрыла меня. Он не стал прикасаться, просто стоял рядом, наслаждаясь своей победой. Он видел мое поражение. Он видел, что я сломлена. Он думал, что запер меня в золотой клетке.

Тяжелая вибрация прошла по корпусу дредноута, мы ушли в гиперпространство. В ту же секунду я почувствовала, как во мне, сквозь бездну отчаяния, начинает прорастать новая, ледяная и беспощадная решимость.

«Долг — это всё», — повторила я про себя старую клятву Академии.

Я проиграла битву. Я стояла на коленях. Но война еще не была окончена. Халидан Ваи думал, что получил себе покорную жену. Он понятия не имел, что забрал на свой корабль спецагента, которая только что начала свою самую опасную, самую тайную миссию в жизни.