Книга Громкий шепот, страница 176 – Мари Милас

Макс целует меня нежно, неторопливо, вбирая своими губами каждое сказанное мной слово. Кто-то посчитает нас дураками, смешными и глупыми, но это просто мы, такие, какие есть, без прикрас и вечно розовых облаков. Мы ссоримся, тут же миримся, и иногда считаем, что каждый из нас несет полнейшую чушь, но все равно продолжаем слушать и главное – слышать. Слышать не только то, что мы кричим во всеуслышание, но и то, что произносим громким шепотом только для нас двоих.

Если бы меня спросили, в какой момент в моей жизни появилась истинная любовь, я бы ответила: в семь лет, когда я решила стать громкой.

Год спустя

— Валери, почему вся машина в долбаных фантиках?

— Они не долбаные, а конфетные. – Валери пожимает плечами, демонстративно засовывая в рот конфету и пряча фантик в кармане пассажирской двери. – Я вчера простояла в пробке сто лет и чуть не постарела, когда возвращала Хоуп Нейту. Ты проводил почти два часа в машине с годовалым ребенком, который орет до того момента, пока не охрипнет? Нет. Так что мне нужно было как-то успокаивать нервы.

Резонно.

Хоуп частенько играет на нервах, как на своем игрушечном ксилофоне. Она очень хорошо ладит с Валери, поэтому Нейт привозит ее к нам, когда ему нужно отъехать по делам. Он прекрасный отец, но ему тяжело справляться со всем, что происходит в его жизни.

Мы подъезжаем к зданию, в которое заходим каждые выходные целый год.

Я смотрю на Валери и сжимаю ее бедро.

— Ты готова?

Она уверенно кивает.

— Да.

Эти люди и обстановка стали родными, поэтому, заходя внутрь, мы с улыбками и подшучиванием встречаем всех женщин, мужчин и старшую группу детей. Они, конечно, уже почти совершеннолетние, но мы все равно называем их «дети».

— Макс, ты, как всегда, шикарен, – говорит миссис Гудман – старушка, ставшая моей лучшей подругой в этом месте.

— Я же говорила, что она неровно к тебе дышит, – шепчет Валери, плюхаясь на стул по правую руку от меня.

— Ревнуешь к старушке, доживающей свой век?

— Не надейся, Гилберт, – фыркает она.

К нам подходит Мейсон и занимает место около Валери. Он, как всегда, широко улыбается и одной рукой пытается расстегнуть пуговицы пиджака.

— Я тебе помогу, – отзывается Валери, быстро расправляясь с поставленной задачей.

Это то, что мы делаем здесь: помогаем друг другу.

— Спасибо! – добродушно отвечает парень. – Ты всегда упрощаешь мне жизнь.

Валери лишь пожимает плечами, потому что это действительно мелочь, которая может облегчить жизнь таким людям, как он. Простой, но такой важный знак внимания, дающий понять, что ты не один.

Места начинают заполнять незнакомые люди из новой группы, с опаской и смятением поглядывая на все вокруг. Мы тоже когда-то смотрели на все с недоверием, но потом миссис Гудман начала подкармливать меня пирожками, и все вроде как обрело смысл.

Шум и болтовня в зале стихают, когда на сцену выходит Агата – наш бывший куратор.

— Всем добрый вечер! Сегодня особенный день, ведь мы принимаем в наш дом новых жителей. Не имеет значения, какого вы пола и возраста, ведь насилие может прийти в жизнь как женщины, так и мужчины, как в юности, так и в зрелости.

Агата права, тут собралось много людей совершенно разного возраста, но с одинаковой проблемой.

Мейсон – молодой парень, ему всего девятнадцать лет, но его мать не интересовал его возраст, когда она решила, что в пятнадцать лет ребенок должен достать ей наркоту. Парень не сделал этого, за что поплатился своей рукой. Психопатка просто обрубила ее топором.