Книга Зажигая звезды, страница 156 – Мари Милас

— Возможно, ты хочешь, чтобы мы закончили наш ужин… – Я прикусываю нежную кожу на ее шее. – Или… может, тебе пора домой, ведь завтра рано вставать? – Мои пальцы поддевают бретельки ее платья, спуская вниз. Зажатая между мной и стеной, она дрожит, краснеет и возбуждается. Я стараюсь изо всех сил сдержать свою ответную пульсацию во всех местах. – В девятнадцать лет ты была смелее. Скажи мне, чего ты хочешь. Как в первый раз.

Я прижимаюсь к ней тазом, роняя голову на ее плечо, чтобы заглушить вырывающийся стон.

— Займись со мной сексом. Ты и я. Прямо сейчас.

Я набрасываюсь на нее, как животное, которое не кормили годами. Рука находит ее горло, скользя вниз по бархатной коже. Наши губы не отрываются, языки борются друг с другом за власть.

Голова откидывается назад в экстазе, когда Бель прикусывает линию моей челюсти. Я возвращаю свои губы к ней, каждое движение ее языка заставляет задыхаться от наслаждения.

Насколько стыдно в двадцать пять лет испытать оргазм лишь от поцелуя?

Я переношу ее в спальню, разрывая по пути бретельку платья, чтобы поцеловать грудь. Куплю новое. Тысячу новых.

Каждый звук, издаваемый Бель, не просто опьяняет. Он – огонь, прожигающий мои нервные окончания. Экстракт, залечивающий раны.

Мы врезаемся в стену спальни, и я понимаю, что мне нужно больше.

— Разворачивайся, руки на стену, – командую я.

Она повинуется, прислоняя дрожащие руки к стене.

— Ноги на ширину плеч.

Я поднимаю ее юбку до талии и опускаюсь на колени перед единственной женщиной, достойной этого.

Аннабель

Низ живота сжимается, а между бедер возникает пожароопасная ситуация. Леви стягивает трусики вниз по ногам, и я чувствую прохладу воздуха. Не уверена, сколько еще смогу простоять в вертикальном положении, хотя он даже не коснулся меня. Его дыхание опаляет кожу бедра, посылая очередной разряд дрожи. Я хочу сдвинуть ноги, чтобы хоть на секунду унять пульсацию, сводящую с ума. Леви не позволяет сделать этого, прижимая свою ладонь к пояснице, заставляя меня прогнуться. Эта позиция интимно обезоруживающая. Мое естество перед его лицом, и да простят меня все святые, но это еще больше заставляет мой живот сжиматься от возбуждения.

Леви крепко обхватывает бедро и одним движением языка от клитора до входа поднимает меня к небесам. Я издаю стон и чувствую, как он посылает похожий гул в нервные окончания. Кажется, еще чуть-чуть, и ногти на руках сломаются оттого, как сильно мне приходится упираться в стену. Ладонь Леви притягивает меня ближе, заставляя раствориться в теплоте. Низ живота отзывается на каждый умелый пируэт, выполненный языком Леви. Если это можно считать фуэте, то он получает главную роль.

Мои ноги дрожат, лоб упирается в стену для равновесия, когда я чувствую, что приближаюсь к кульминации этого акта. Шлепок ладони по ягодице, как укол адреналина, возвращает меня к жизни, чтобы два погрузившихся в меня пальца стали смертью. Хриплый крик отлетает от стен, когда внутри все сжимается, и я падаю в его крепкие руки.

— Вы слишком слабы, это было даже не тридцать два вращения, Аннабель Андерсон, – шепчет Леви мне в шею, опуская меня на кровать.

Он обводит мои губы медленно, с теплым дыханием. Я ловлю каждый его вдох и выдох, приводя в норму свои конечности. Леви исследует кончиками пальцев каждый изгиб и родинку на моем теле. Я поднимаю взгляд и только сейчас замечаю это: светящиеся звезды рассыпаны по всему потолку. Мягкое сияние исходит от них, создавая магическую атмосферу. Это не наклейки, как были на моем потолке, а множество лампочек.